Пара Икс. Две настоящие любви не разделит даже смерть

Я уже отказал одному приглашению, когда он просто отчитал меня за бестактность. Пришлось принять следующее. Ты же видела, милая, что он стоял рядом?

– Да.

– Я благодарен тебе за то, что ты сделала ради меня. – Нежно продолжал я. – я оценил твой танец с директором, теперь я вообще у него на постаменте.

– Это правда? – спросила она, – все, что ты мне только что сказал?

– Да милая.

– А почему ты отказал мне в последнем танце?

– Только чтобы не повредить твоей репутации. Надеюсь, сейчас, успокоившись, ты понимаешь, что я правильно сделал? И только ради тебя же самой.

Она задумалась.

– Да. Но зал жаждал нашего танца. Ты был сказочно красив.

– Мне все-равно, что хотел зал, я думал только о тебе.

Она смотрела мне в глаза. Долго и упорно. Я не отводил их.

– Докажи мне все, что ты сказал, – вдруг потребовала она у меня. – Я выпита до дна, но в этот раз не от самого вечера, а тобою.

– Дорогая, разве я тебе еще что-нибудь не доказал? – удивленным голосом спросил я.

– А друзья ревнуют друг друга? – вдруг спросила она, не ответив на мой вопрос.

– Разве ты не поняла этого сегодня?

– Да, но говорят, что раз ревнуют, значит любят. Может быть, любовь и дружба одновременно?

– В нашем случае так оно и есть.

– Докажи.

Я задумался. Что-то у нее было на уме, что я должен был бы сделать. Но что? Конечно, о возвращении в отель не могло быть и речи. Рестораны отпадали. Может лес? Надо попробовать. Я пересел и завел машину.

Эли без моей помощи выбралась, и села рядом со мной на переднее сиденье. Мы поехали.

– Кстати, ты чуть не сломала мне сегодня пальцы. – Сказал я.

– Ты просто легко отделался. Скажи спасибо, что вокруг были люди. – Сказала она. – Джон, у меня сейчас такое желание выпустить тебя на ринг со связанными руками, и убрать оттуда судью.

– Но ты же не убьешь меня, надеюсь? – спросил я, засмеявшись.

– Не смейся. Я бы тебе дала бы тогда за все. За каждый твой танец не со мной.

За то, что ты чертовски красив. А чтобы я сделала за твой отказ станцевать со мной, а даже сама не знаю. – Она говорила серьезно. Мой смех не задел ее, а может даже раздразнил еще больше.

– Милая, но ты бы просто покалечила бы меня.

– Зато ты был бы уже точно мой. Покалеченный, но только мой.

– Прекрасная перспектива, – незаметно улыбнулся я.

– Не улыбайся. Если я не вижу, это не значит, что я не знаю, что у тебя на лице.