Колебания

Их волосатые руки блуждали по девушке, мня и сжимая неровности и холмики на её горячем трясущемся теле. Лав был злобен и бесчеловечен. В его голове крутились кадры больного оленя, сваленного голодной стаей волков, которые он видел, пока бежал по коридору несколько минут назад. После непродолжительных глубоких толчков в ней, он дёрнулся особенно яростно и орошил семенем лоно брошенной ему на растерзание сучки.

После этого, замерев на пару минут в вожделенном ни с чем несравнимом экстазе, он расслабился и закрыл глаза, распластавшись на удовлетворённой красавице и придавив её своим крепким телом.

Он слушал, как сильно бьётся в груди его сердце. Внезапно он почувствовал, как она нежно целует его шею и плечи. Эти лёгкие прикосновения её губ в тот момент были до такой степени сладостными, что по его телу пробежала волна удовольствия.

* * *

Наконец, его дыхание восстановилось, он открыл глаза и медленно поднялся на ноги. Белые маски смотрели на него, и свет их глаз отдавал непонятным ему доселе кристаллическим отблеском.

Лав спустился с кровати и пошёл прочь, чувствуя спиной, что начало твориться на белоснежном ложе. Он не хотел на это смотреть – он был изыскано пуст словно творец, с гордостью завершивший свой великий шедевр.

Ослепительную блондинку трахали, словно дурную шлюшку в грязном баре, расположенном на городском отшибе. Каждый из мужчин сменял друг друга и оставлял в ней свой след, образ своей маленькой рациональной жизни. А она, словно унитаз в туалете, вынужденный ежедневно созерцать самые сокровенные мужские тайны, впитывала в себя их физические материи и эмоциональные состояния.

Вот этот был молод, красив и амбициозен; занимался спортом и тайком подсматривал за своей младшей сестрой, когда она в трусиках ходила в своей комнате. А этот напротив был стар и дрябл; он был женат и ненавидел свою старую ожиревшую жену, поэтому втайне от неё просматривал порно-каналы, когда она крепко спала. Этот был зрел и недурен собой, работал в крупной финансовой компании и любил общество привилегированных проституток.

Этот только достиг совершеннолетия и как всякий подросток, переполняемый тестостероном, бегал за каждой юбкой, не брезгуя откровенными подстилками без благополучного будущего. Этот работал в цеху, и от него всегда пахло токарным станком; иногда он онанировал на плакаты с обнажёнными пластмассовыми моделями, которыми были обклеены его железные шкафы для инструмента и одежды, покрашенные дешёвой зелёной краской.