Медовый капкан для «Джоконды»

* * *

Через три месяца круглосуточного наблюдения за «Янычаром» и «Шехерезадой», в котором использовался весь комплекс оперативных средств: осведомители из числа обслуживающего персонала в местах жительства и работы объектов, «наружка» и аудиовидеоконтроль, генерал Казаченко пришел к выводу, что взаимоотношения супругов достигли критической точки и «курс лечения» – их разработку – пора активизировать, применив самое действенное оперативное снадобье – «амурный дар» особо ценного агента «Константинова».

О необходимости принятия экстренных мер свидетельствовало, прежде всего, состояние здоровья «Янычара».

С каждым днем увеличивалось количество опорожненных упаковок от медикаментов – об этом докладывала агент «Виолетта», служившая у объектов горничной. Кроме того, она сообщила, что в личных вещах «Шехерезады» обнаружила десяток различных размеров фаллоимитаторов.

Наконец сыщики наружного наблюдения зафиксировали сближение «Шехерезады» с Эббой Йонсен, женой шведского посланника, известной в дипломатических кругах лесбиянкой.

И хотя инициатива нарождавшейся «розовой» любви принадлежала шведке, стало ясно, что ее домогательства были бы отвергнуты турчанкой, если бы не прогрессирующая болезнь и сексуальная несостоятельность «Янычара».

Промедление – провалу разработки подобно, и Казаченко отдал приказ:

«Орудие главного калибра – агента „Константинова“ – к бою!»

Глава пятая. Утро секретного агента

«Константинов» брился, стоя перед зеркальным шкафом. Что может быть лучше ощущения горячего прилива жизни! Черт возьми, какая легкость во всем теле.

Кровь так всего и омывает, пена для бритья так и кипит на щеках – вены готовы взорваться от адреналина. Так славно вчера все получилось! А этот новый шеф, молодой генерал Казаченко, оказывается, не глупее мудрого змия Козлова. Надо же, как тонко все просчитал!

«Константинов» повел плечом, и ноги сами притопнули по ковру. Это же счастье – жизнь, полная приключений! А кто их создает? Правильно – иностранные разведки и КГБ, или, как бишь, его теперь называют? А, ну да – ФСБ!

И, вдруг испугавшись – «не прыщик ли»? – Аристотель придвинулся к зеркалу.

Прыщика не было.

– Нет, он есть. Прыщик – это я! – вслух сказал себе «Константинов». – А иностранные разведчики и генералы Козлов и Казаченко – это мои целители…

От этой мысли стало чуть-чуть грустно.

«Ничего, – успокоил себя агент, – у каждого своя судьба и свое предназначение: кому-то кашу заваривать, а кому и пробу с нее снимать.