Приказ: дойти до Амазонки

Мишка принюхался и морщась сказал:

– Похоже, рыбный суп. Причем рыбка явно несвежая. Бедняги!

Поев, рабочие перекурили перед входом в барак и попадали на лежаки. Вскоре густой храп заполнил помещение, так что вполне стало возможно говорить в полный голос. Дон Москосо выматывал своих рабов до степени полного оскотинения. Не слышно было даже непременных разговоров перед сном, какие обычно бывают в лагерях. И на пленников в клетке никто не обратил внимания. Обычное дело.

Единственная лампочка под потолком погасла, дверь, судя по звукам, закрыли на крепкий засов.

Где-то неподалеку негромко тарахтел слабосильный дизель – хозяевам лаборатории еще требовалось электричество. Наступало время действий.

Тут и подал знак Борис Оруджев. Из-за стены барака, к которой почти примыкала клетка, раздался его голос:

– Ребята, вы как там?

Говорил Борис по-русски, и Миронов тут же прошипел ему:

– Speak English!

Не хватало еще, чтобы местные заподозрили в них русских! Хотя, откуда бы им знать иностранные языки вообще?

Оруджев, не спрашивая причины, перешел на язык британцев:

– Я сейчас пару досок осторожно подломаю.

А вы пока из своей клетки выбирайтесь!

Штефырца удивился:

– Откуда это он о нашей тюрьме знает?

– Мишка, заткнись и работай руками! – донеслось из-за стены. – Я вас в щели еще днем хорошо разглядел!

Больше ни о чем не расспрашивая, Штефырца вытащил из шва своей куртки кусок тонкой стальной проволоки, который не обнаружили при обыске, и занялся замком.

Открывание его действительно заняло не больше пары минут. Тем временем без особого шума Борис удалил два довольно больших куска досок из стены и образовался проход, через который запросто мог пролезть даже массивный Портос. Когда Оруджев успел подпилить доски и чем, – осталось его тайной. Но никто и не выспрашивал – не до того было.

Они оказались на свободе. И каждому вылезающему из дыры Борис вручал по «калашникову».

– Молодца! – восхитился Штефырца. – Где добыл?

– Да так, – скромно сказал Оруджев.

 – Помародерствовал немного…

– Надо полагать, хозяевам они уже не нужны? – спокойно поинтересовался Миронов. Командиру не пристало проявлять бурные эмоции. Тем более что в своем подчиненном он нисколько не сомневался. – Итак, четырьмя охранниками меньше…

В окружавшей их темноте кивок Бориса был почти не виден.

– И вот еще…

Обнаружились три мачете.

– Я так рассудил, что стрельба, хотя бы поначалу, нам не с руки будет.