Приключения магического доллара в России. Книга первая

Если бы перед ним был не легендарный Стивен Гросс, руководитель одной из самых могущественных организаций мира, он подумал бы, что этот человек – сумасшедший.

– В это трудно поверить, но это так, – твердо сказал Гросс и посмотрел прямо в глаза Майклу. И убежденный атеист Майкл Фиш, по прозвищу Акула, поверил в невероятное.

– Вы должны доставить его в Россию и передать президенту Борису Ельцину, – продолжал Гросс. Доллар поможет ему получить власть в стране. Во время нахождения магической купюры в России вы должны постоянно обеспечивать охрану и после окончания операции немедленно доставить ее обратно в Нью-Йорк.

Вы головой отвечаете за сохранность Доллара и имеете полномочия на любые действия, вплоть до физического устранения каждого, кто встанет на вашем пути. С вами полетят еще двое из спецподразделения «Дельта». В случае необходимости мы немедленно вышлем вам подкрепление. Вам все понятно, Майкл?

– Так точно, сэр!

Гросс вложил купюру в конверт, который убрал в специальный бронированный чемоданчик-дипломат.

Дипломат он пристегнул к левой руке Майкла хромированными наручниками и передал ему ключ.

– С Богом, сынок! – сказал Гросс и по-отечески обнял Майкла.

– Или с чертом, – тихонько добавил он после того, как за Майклом закрылась дверь кабинета.

Через двенадцать часов Майкл Фиш передал дипломат Ельцину.

Борис Ельцин прекрасно знал, чего он хочет. Он шел к этому дню много лет. Желание его было четким, сильным и давно осознанным. Доллар принял его желание к исполнению и на несколько секунд засветился в бумажнике серебристым светом.

Ельцин этого не мог увидеть, но магическое действие Доллара началось…

Здравый смысл говорил Ельцину, что проще всего переждать непонятные события этого дня на даче в Архангельском, что переезд в Москву крайне опасен, но что-то толкнуло его вперед к немедленным действиям. Борис Николаевич тогда, конечно, не знал, что, прими он это решение на десять минут позже, и история России, а может, и всего мира, сложилась бы совсем иначе…

Ельцин взглянул на часы.

Было восемь часов тридцать минут утра 19 августа 1991 года. Борис Николаевич спустился в холл, где его ждали соратники и охрана.

– Мы немедленно выезжаем в Москву, – сказал он.

– А как же американцы? – спросил начальник охраны.

– Пусть посидят пока. Охранять они меня собрались, панима-а-аешь! Мне только америкосов в охране не хватало, вот коммуняки злорадствовать будут, – отмахнулся Ельцин.