Область трансцендентности

– Я не против, но если бы за вас не отвечал, а поэтому попрошу больше в авантюры не влезать! Вы понимаете, что сейчас ставите всю операцию под угрозу?

Гордость Белоусова была ущемлена: какая ещё угроза?! Это археологический объект. Да кто он такой, чтобы распоряжаться одним из лучших археологов Земли?! Всего лишь заштатный солдафон, который чаще работает руками, нежели головой!

Послушайте. Я здесь главный. У меня приказ от Совета Лиги Наций. Вам понятно?

Видимо, Женин хотел что-то ответить, потому что связь донесла вдох, но в разговор включился начальник СБ.

– Что там происходит? – спросил Лунько.

– Этот… – с раздражением начал Женин и, видимо, хотел что-то ещё добавить. – Александр Николаевич решил проверить один из туннелей, которые мы нашли. Конструкция не выдержала…

«Один из?!» – мысленно воскликнул Белоусов. – «Так их несколько!»

Всё, теперь он даже не слышал, что ему говорит Лунько. Плевать он хотел на них всех вместе с капитаном. У него есть дело! Его миссия – самое важное, что есть сейчас.

Адмирал выдал ему карт-бланш на любые действия и предупредил Фаррела об этом!

«Хотят обеспечить безопасность?! Пожалуйста, это их работа, но только не за счёт моих исследований».

Пока Женин отвлёкся, учёный легко отколол небольшой кусок материала явно искусственного происхождения, похожий на коррозийный металл.

«По крайней мере, собрать образцы грунта они мне позволят», – думал он, укладывая находку в вакуумный пакет.

* * *

Следует отметить, что искин «Звёздного Ястреба» являлся довольно молодым, а, следовательно, если говорить человеческим языком, любопытным.

В этом крылась причина его вопросов. Жажда знаний закладывалось в программу, поэтому инженеры, работающие с искусственными интеллектами, должны были знать не только области высоких технологий, но и логику, диалектику, метафизику и так далее. Из всего этого складывался «характер» машины, если угодно, её душа. Хотя я, признаться, всегда был сторонником того, что машины не обладают разумом, а лишь удачно его имитируют. Так это или нет, но в любом случае я для Ястреба являлся неоспоримым авторитетом, и не потому, что я знал больше него, вовсе нет, скорее наоборот, а потому, что так записано в его программе: инженер – царь и бог, альфа и омега в одном флаконе. И это не подвергается сомнению.

Новые обстоятельства вызвали у Ястреба очередной приступ интереса.

– Насколько я знаю, человечество ещё никогда не обнаруживало такие старые системы.