Модель тотального размножения

– Шубу ей в том году купил, – Виктор загнул правой рукой мизинец на левой руке.

– Зимой в этом году в Египет свозил, – Виктор загнул правой рукой безымянный палец на левой руке.

– Неделю назад договорился, чтобы младшего сына в другой садик перевели с европейской программой обучения, после которого автоматически попадают в Russian Business School, – Виктор загнул правой рукой большой палец на левой руке, – отдал за это хуеву тучу денег, а она мне сегодня заявляет, чтобы я о детях подумал!

Виктор отпрянул назад и развёл в стороны руки.

– Прикинь, да! – его глаза были округлены от неподдельного удивления, как будто бы это он услышал эту историю, а не сам рассказал её только что Пашке. – Как шубу ей покупать за 100 косарей, так о детях думать не надо, а как сливки пить – так подумал бы о детях лучше! Вот зараза!

– Погоди, погоди, братан? – Пашка вытянул вперёд руку, показывая другу, чтобы он сбавил обороты. – Причём тут сливки?

– Так ведь сегодня суббота.

– Ну.

– Я с утра купил сливки, пока мы семейный шопинг делали, закупали всякое барахло домой.

Специально купил, чаю хотел попить со сливками. Не такого вот навороченного, китайского, – Виктор показал на заварник, укрытый зелёным полотенцем, – а обычного чёрного чая, нашего российского! Со сливками!

Пашка снова понимающе улыбнулся, кивнул в ответ Виктору, убрал полотенце с заварника и начал разливать «навороченный» чай по кружкам.

– А потом все как с ума посходили! Только домой приехали, тёща звонит! Свозить её надо к бабке какой-то там, поехал к тёще.

По дороге гаишник остановил, превышение показывает мне на приборе своём, я ему говорю, ты чё, дебил, в суд с этим прибором придёшь, он мне протокол, сука!

Паша невозмутимо продолжал слушать, попивая пуэр.

– Хер с ним, с этим мусором! Отвёз бабку, снова жена звонит, – у меня массаж! Я домой, детей в охапку и к матери, жену на массаж, тёща освободилась, её забрал, тут с работы позвонили, ааа … – Виктор поднял руки к верху и потряс у головы растопыренными пальцами.

– Да уж, денёк, – улыбнулся Пашка.

– Ага! – Виктор глубоко вздохнул и продолжил уже более спокойно, – короче, приезжаю вечером домой, вся жопа в мыле, иду на кухню, наливаю чай, а сливок нет! – Виктор снова недоумённо округлил глаза. – Я к жене. Кать, говорю, где сливки? А она мне заявляет: а мы их без тебя выпили.

Виктор застыл в немой позе, выражающей весь трагизм данной ситуации. Пашка продолжал очаровательно улыбаться.