Три детектива

Ну ругнул в узком кругу пару раз власти, ну посмеялся вместе со всеми над анекдотом про умственные способности Вышеслава. Но ведь теперь за такие шалости не сажают. Не те нынче времена.

А всё-таки боязно. Иногда времена возвращаются.

– Вам приказано немедленно прибыть к Дубовцу, – приятным голосом сказал высокий офицер в длинной новенькой шинели с капитанскими погонами.

Гавличек с интересом посмотрел на него. В этом человеке ощущалась прекрасно натренированная вежливость и хорошо отработанная корректность.

– А если я откажусь, – подумал отставной детектив, – этот славный малый, не меняя выражения лица, мигом скрутит меня в узел так, что хрустнут рёбра, и доставит своему начальству на подносике.

– Я готов, – покорно сказал приглашаемый специалист.

Он хорошо помнил Дубовца. Когда-то в давно ушедшем прошлом тот ещё молоденьким и на редкость неопытным курсантом проходил у него практику. Рыженький был, бородавчатый и неуклюжий. Правым глазом косил. Помнится, всё стремился угодить.

И правильно делал, потому что самый надёжный путь к вершине начинается с ретивого ползанья во прахе.

Про него даже стишок сложили:

Пониже кланяйся, друг мой, и быстро выйдешь в люди,

Тебя всем сердцем и душой любить начальство будет.

Поймать улыбку начальства – всё равно что схватить за хвост фортуну.

Вот только соображал Дубовец туговато. В отличие от Сократа он был не в состоянии постичь даже то, чего не знал. Сколько дел провалил! Все тогда сочувствовали его несовершенству, потому что безвредным смотрелся.

Так сказать – простота извиняет. Позже малообещающий практикант, ощутивший тайные взмахи крыльев, несущих благую весть из будущего, женился на генеральской дочке (вот уж не красавица была!) и сразу чудесным образом переменился. Стал откровенно небрежным и начал давать Гавличеку ценные указания. Если же приходил в неудовольствие, то выражал его не в самых почтительных выражениях. Вскоре Дубовец пошёл на повышение, и пути их разошлись. Со стороны стремительное вознесение способного ученика выглядело как старт праздничной ракеты. А его прежний наставник тихо старился на прежней должности и всё больше становился похожим на валун в долине, который в гору сам не катится и его тоже никто туда тащить не собирается.

Нельзя переоценить то, что не имеет цены.

Высшая ценность Гавличека состояла в том, что он себя не переоценивал.

Высшая ценность Дубовца состояла в том, что его никто не переоценивал.