И в этом вся его жизнь. Книга первая. Повороты судьбы

Пересчитал все деньги, полученные на счет с акций, и сумму акций, разделил ее на двоих. На эту сумму отобрал акции и средства со счета. Все записал на тетрадный листок и сложил его в портмоне.

– Все, теперь можно встречаться с дочкой Ромштейна. Завтра лечу в Москву.

* * *

Посадка на самолет прошла спокойно, но, подойдя к своему креслу и устраиваясь, Валентина никак не могла успокоить Колю. Ему хотелось к иллюминатору, чтобы смотреть на птичек.

Посмотрев на малыша, Эдуард улыбнулся и сказал:

– Давайте с вами меняться.

– Спасибо вам, а то он никак не угомонится. Коленька, давай пересаживаться. Дядя уступил тебе место возле окошка. Будешь смотреть, как летают птички, если они вообще там летают, – сказала Валентина сыну.

Устроившись и немного успокоившись, они сидели и ждали, когда самолет взлетит.

В начале все было спокойно, но через полчаса после взлета Коля стал капризничать. Валентина не могла его успокоить.

– Иди ко мне, – сказал Эдуард малышу.

Он протянул руки, чтобы взять мальчика. Коля посмотрел на него спокойным взглядом, как будто обдумывая, и протянул руки.

– Пойдешь? – спросила Валентина, удивляясь поведению сына. – Странно, ни разу ни к кому не шел. Иди.

Подняв ребенка, она передала его Эдуарду.

Они сидели с малышом и играли. В ладоши хлопали, разговаривали, стишки читали. Рассматривали портмоне, которое Эдуард вытащил и дал мальчику. Так они провели время, пока стюардессы не стали раздавать обед.

– Коленька, иди ко мне, сейчас будем кушать, – сказала Валентина, протянув руки, чтобы взять сына.

Коля ухватился за руку Эдуарда и сказал:

– Я с папой буду.

Валентина посмотрела на него удивленными глазами и сказала:

– Коля, это чужой дядя И он тоже будет кушать. Иди ко мне.

– Нет, я буду с папой!

Валентина посмотрела на него, потом сказала Эдуарду:

– Вы извините нас. Он не видел никогда своего отца, поэтому для него мужчина… ну…

– Устами младенца глаголет истина.

– Ну что вы, женщина, ему любой мужчина сейчас кажется папой, – сказала другая дама, сидевшая впереди.

– Не скажите. Ребенок лучше всех чувствует. Их в этом возрасте сам Бог ведет. Подождите, все еще впереди, – сказала сидевшая рядом женщина.

Стюардесса принесла им обед, и все принялись за еду, отставив разговоры.

– Иди ко мне.