Выживальщик

Ну, там, в общем, где сейчас филиал ада.

Да, черт побери! Да! Если бы сейчас открылась дверь, вошел Влад и сказал: «Собирайся, боец, наше время пришло», Артём, ни секунды не колеблясь, схватил бы рюкзак… Кстати, где он? Поискал глазами, мысленно выругался. Рюкзаки, его и Светкин, лежали в углу комнаты, конечно же, полупустые. Особенно его, после крайнего (или теперь все же последнего?) тренировочного выхода в лес. КЛМН (кружка, ложка, миска, нож) в мойке, пришлось использовать, поскольку остальная посуда побилась.

Оба спальника они подстелили себе на пол вместо матраса, до сих пор торчащего в окне. Пенки вместе с самонадувайками там же. Вся электроника: навигатор, рации, фонари – все на зарядке, в оружейном сейфе. Впрочем, какая на фиг зарядка? Электричества же нет. Ходовая одежда частью в стирке, частью по шкафам. Собирались же на море, а не в лес. Короче, рюкзаки надо собирать заново.

* * *

Светка неслышной тенью опустилась рядом; смешно морщась, попыталась сдуть челку, лезущую в глаза. Не получилось.

Он аккуратно убрал, провел рукой по волосам, привлек, поцеловал.

– Не прижимайся, я вся пыльная, – уперевшись кулачками ему в грудь, отстранилась, – у нас там просто армагеддон какой-то, вся посуда вдребезги. Кстати, так ты расскажешь, что у нас тут случилось?

Она нахмурилась, посмотрела искоса, толкнула плечом:

– Только не вздумай говорить, что случилась эта ваша ядерная война и на нас со всех сторон лезут мутанты.

– Да, – хрипло выдавил Артём, кивая.

– Что «да», милый? Мутанты?

Он прочистил горло, собрался с силами.

Господи! Ну почему в книгах и фильмах все всегда всё понимают по лицу? Почему не в жизни?! Тогда бы не пришлось сейчас из себя выдавливать правду. Потом взял супругу за плечи и, глядя в глаза, проговорил, как в прорубь прыгнул:

– Я на самом деле точно не знаю, что произошло. Был большой взрыв. Сейчас весь город горит. Похоже, уцелел только наш район, огонь через ручей не перекинулся.

– Как горит? – все еще продолжая улыбаться, спросила недоверчиво.

Ее лицо на глазах преображалось. Погас веселый блеск в глазах. Растянутые губы съеживались, стирая улыбку. На смену приходила растерянность.

– Это шутка такая?

Он отрицательно помотал головой.

– Подожди. Что ты такое говоришь? А как же…

Замолчала, не найдя в себе сил выговорить. Тогда сказал он:

– Родители?

Ее большие серые глаза стали наполняться влагой, и вот уже первая капля прокатилась по щеке, пробивая себе блестящую дорожку.