Огненные дороги Геона

Наваждение прошло, время вернулось к своему обычному течению, и разговор прервался. Мир снова наполнился звуками, и я опять увидел перед собой стаю малхусов, на которых с лаем бросался мой отважный щенок. Вожак стаи развернулся и, как призрак, растворился в кустах, за ним так же бесшумно исчезла и вся стая.

– Ух, – услышал я за спиной облегченный выдох Первого. – Я думал, что они нас порвут.

– Все нормально, я с ними договорился, пошли отсюда к Дереву Жизни.

Через час мы дошли до стоянки под деревом и сразу решили вернуться на холм.

За день трупы волков и останки кабаньих туш начали разлагаться, и распространившееся зловоние просто убивало. По уму трупы нужно было закопать, но сделать это было нечем, и мы, забрав мешок с кабаньим мясом и другие вещи, вернулись на холм.

* * *

На холме наша троица провела пять дней. Первый занимался едой и пошивом новой одежды, а я охотой и обследованием храма. Тузик повсюду таскался за мной, не отставая ни на шаг. Свою кличку волчонок получил за убийство зверя, похожего на енота, с которым он схлестнулся во время наших исследований холма.

У зверя хватило глупости напасть на Тузика, когда тот из любопытства полез в его нору. Зверь был в два раза крупнее волчонка и не посчитал его опасным противником. Щенок буквально порвал енота, как Тузик грелку из старого анекдота, за что и получил свою кличку.

Волчонок ел, спал и гулял только рядом со мной, лишь изредка убегая куда-то по своим делам. Жрало это создание в три горла и росло не по дням, а по часам.

То, что он еще три года будет не крупнее большой собаки, вызывало у меня большие сомнения. Хорошим подспорьем стало то, что каждый день малхусы приносили к нам на холм оленя или кабанчика.

На второй день после переселения на холм мне удалось сделать из рога оленя рукоятку для меча. Самой большой проблемой стала заточка лезвия. Я промучился половину дня, пытаясь заточить изделие древних мастеров, и все безрезультатно. Первый, увидев мои мучения, снова полез в усыпальницу и вернулся оттуда с точильным камнем, найденным им среди останков древних воинов.

Моих мозгов не хватило догадаться, что воины всегда носят с собой этот простой инструмент для ухода за своим оружием, а камни вечны.

Дни проходили в постоянных трудах и заботах. После завтрака я час занимался медитацией и самолечением, затем мы все вместе отправлялись к ручью умываться и запасаться водой, – тарой для воды служили два бурдюка, изготовленные шаком еще в пещере.