Вольные

– Не раскольники ли вы, отлучённые Богом от святой церкви? Христианские ли проповеди из-под риз несёте?

– Бог с тобой, государев защитник. Испепелили село наше плясовые с бубнами да медведями, надругались над дочерями духовными. Покаяния ищем мы, да молитвами кормимся с того времени. Благодатная вера наша вьёт дороженьку от двора ко двору христианскому. Дай исполнить завет богоугодный, прикоснуться к благочестивым иконам и молитвою искупить прегрешения наши.

– Далёко ли ваш путь простирается?

– До Астрахани идём, к воеводе Московскому.

– Родион! Отворяй ворота! – закричал стрелец, и тяжёлые дубовые брёвна заскрипели, впуская богомольцев в город.

– Сколько Вас, странники, числом будет?

– До сорока голов немощных наберётся.

– Нам бы водицы только испить, соколик! – донеслось средь бредущих.

– Да хлебом с кашею тесёмки наполнить…

– Ишь зароптали, бродячие! – прикрикнул на них стрелец. – Тут вам не монастырь для страждущих! Степан, а ну проводи их до храма божьего!

Казацкие струги, стояли в тёмных заводях Волги.

Награбленное в прежних городах кучами лежало на днищах на персидских коврах и было устлано бархатом и шелками. Часть казаков осталась в чайках, ожидая ночи. В новых узорчатых зипунах лежали они на палубах, натирая пистолеты и сабли, инкрустированные драгоценными камнями.

Как только луна вошла на небосвод, и поселение поволжское обволокла полуночная дрёма, атаман с казаками поскидали рясы, обнажив оружие, и со двора храма, где их разместили, направились к главным воротам.

Перерезав охрану, они запалили факелы, показывая сигнал, сидящим в засаде.

Вскоре город аки встревоженный муравейник пришёл в движение: топот сапог по скрипучим доскам доносился до уха словно барабанный бой, крики разбуженных стрельцов и их пойманных в исподнем девок разносились то тут, то там словно затравленное карканье воронов. Успевшим поднять оружие и вступить с казаками в бой, перерезали шеи и насадили на длинные копья. К яме, что у казённой избы, оттащили сонных дьяков, выволоченных из храма, и, отрубив им саблями головы, покидали окровавленные трупы на холодное дно.

– Сегодня будут пировать склизкие черви и земляные жуки!

– Отведают плоть богохульников, царёвых приспешников!

Пятеро казаков во главе с атаманом ворвались в дом воеводы и, выкинув его на крыльцо, коромыслом перебили ему ноги, чтобы не убежал. Нашедши детей, заковали их в цепи, а жену за волосы начали таскать вокруг дома на потеху казацкому войску.