Сказка о жадных дельцах, страшно наказанных, притом так, что просто «Жесть»

Сам же хозяин дома в этот момент нежился в шикарной трёх-спальной итальянской кровати с исключительным матрасом, наполненным кокосовой копрой, добытой на западном побережье Африки. Нежиться, было его любимое занятие по утрам, перед тем как идти на «Победу или поражение». Так он называл каждый новый день, проведённый им в своём финансовом учреждении, где он чувствовал себя, как боец на ринге. Это время препровождение вызывало у него прилив адреналина, а азарт будоражил кровь. К вечеру он тратил столько энергии, что ему казалось, он сгорает, будто кусок сала на сковороде.

Поэтому для него и были так важны эти первые минуты утренней неги. А сегодня он нежился с особенным наслаждением.

Вчера у него в голове созрел новый план одного хитрого финансового предприятия, и он сулил ему баснословные прибыли. Дух захватывало от перспектив, открывающихся перед ним. Сегодня он был готов обсудить его со своим партнёром, и по совместительству юристом, Максимом. Макса он знал ещё с тех времён, когда они в детском саду водили хоровод вокруг ёлки.

А потому доверял ему, и доверял много чего, даже семейные тайны, кои возникали у них в браке с Милой.

Его жена Милочка была чрезвычайно привлекательной, воспитанной и образованной женщиной. И это не удивительно, ведь её взращиванием занимался целый штат прислуги. Кстати, женой и матерью она тоже была показательной. Вот и сейчас, в это чудесное утро, первейшей её задачей было сначала собрать Давида и Ладу в лицей, а уж потом она была готова заняться Евгением.

В минуты нежности Мила называла его ласково «Джонни», ну а когда сердилась или была в не настроении, то уже строже – Джон. Джон, это по аналогии с президентом Кеннеди.

А вот когда Евгений делал что-либо умное или рассуждал с пафосом, кой присущ только политикам, Милочка обращалась к нему не иначе как «Мистер Президент». А в моменты их интимной близости, коих у них было немало, она уже играючи и кокетливо шептала ему, «Я твоя Монро, возьми меня мой Президент». Хоть это и был обычный любовный флирт, случающийся во многих молодых семьях, и почти ничего не значащий, но он приносил им резкий порыв страсти.

Вот и в это утро, обстановка царившая в доме, благоприятствовала, во всех отношениях, для такого незатейливого флирта.

А меж тем, Давид, закончив все свои операции со сдобой и маслом, быстро и со смаком умяв свой завтрак, сладостно причмокивая, запил его кофе. Именно кофе, а не какао, как это было всего лишь год назад, ведь он теперь почти взрослый.