Пять сказок о зверятах

Были ещё конечно предложения поставить дополнительно капканы и ловушки, но и от этого почти сразу пришлось отказаться, ведь могли пострадать домашние питомцы: например, глупые куры или утки с индюками вечно носящиеся по двору.

4

А меж тем Плут, не зная о нависшей над ним угрозе, наслаждался своей безнаказанностью. Ночью бесстыдно крал, а днём, хорошенько отоспавшись после сытной трапезы, позволял себе наглые прогулки по улицам деревни. За последнее время он заметно вырос, располнел и приобрёл вид скорее пантеры или рыси, но с мощным хвостом, чем бесхозного кота с околицы.

Скромность он давно уже утратил, и теперь с вызывающим видом делал всем домашним питомцам унизительные замечания. А недавно на прогулке Плут вообще обнаглел.

– Эй ты, пёс,… ты хоть и огромный, но ума у тебя на полмиски мясной похлёбки,… а более ты и не заслуживаешь!… Что в тебе проку, коли ты даже не в силах дотянутся до меня,… сидишь на цепи и только зубы скалишь!… – усмехаясь в усы, взялся он оскорблять огромного пса.

– А ты может и умнее меня, но скоро и тебе придётся поседеть на цепи!… Только я в отличии от тебя сижу на ней добровольно и из честных побуждений, а вот ты сядешь насильно и за грязные нарушения порядка… – лишь и смог ответить ему уязвлённый пёс.

– Ну, это мы ещё посмотрим,… чтоб посадить меня на цепь, меня ещё поймать надо!… Но это просто невозможно!… не родился ещё такой человек, чтоб в цепь меня заковать!… ха-ха-ха!… – хвастливо посмеиваясь, воскликнул Плут и не замедлил продолжить своё шествие по улице, обрекая всех домашних питомцев выслушивать его наглые назидания и колкие шуточки.

В общем, от выходок Плута страдали все; и люди, и животные. Его безнаказанность достигла апогея. Однако столь высокая форма зазнайства неизбежно приводит к ошибкам.

Вот и Плут, зазнавшись до бескрайности, совершил ошибку. Одну маленькую, можно даже сказать малипусенькую ошибочку, он просто перестал интересоваться погодными условиями. Если раньше его интересовало буквально всё; и направление ветра, и осадочность утреннего тумана, и есть ли Луна на ночном небе, то теперь он стал к этому абсолютно безразличен.

– А зачем мне следить за ветром или смотреть на полнолуние!?… Я всё равно знаю в деревне все входы и выходы наизусть,… ведь ничего не меняется,… и все припасы по-прежнему хранятся на своих местах,… только ходи и собирай… – весьма опрометчиво рассуждал он и продолжал совершать свои еженощные вылазки.