Судья

– Отпечатки пальцев?

– Знаешь, чьи? Ни хрена ты не знаешь. Племянницы его… как же ее… Ира, Ирма?

– Инна.

– Вот-вот.

– Это ничего не доказывает. Она могла сколько угодно ездить на дядиной машине.

– Рядом с телом нашли ключи от машины. Знаешь, чьи там пальчики? Кровищи – уйма.

– Она главная подозреваемая?

Анна Павловна подняла красные глаза.

– Постовой ее видел. Девка на машине гнала. Оштрафовать ее надо было. Да он узнал ее. Сам понимаешь, с Нестеровыми ему связываться ни к чему.

Павел кивнул.

– Следователь думает, что Инна там была. Она, кошка драная, отпирается. Друзья ее подтвердили, будто бы Инна с ними гуляла все утро.

– Если бы она была на месте преступления, остались бы другие следы.

– Повезло ей. В тот день дождик пошел. Там теперь сам черт правды не доищется. Менты теперь ничего не докажут. Девочка с деньгами. Адвокатов наймет, и концы в воду.

– Но зачем ей убивать дядю? Да еще таким образом?

Анна Павловна усмехнулась.

– Э-э, Павлуша, других учишь, а тебе самому еще расти и расти.

А наследство? У Нестерова же, кроме нее, нет никого. Ты представляешь, какие это бабки? Я бы на эти деньги все стены здесь золотом отделала. Я бы десять школ отгрохала!

Анна Павловна сгорбилась над столом. Прическа ее совсем испортилась.

– Э, да что там. Нам, хорошим людям, таких денег век не видать.

Она грохнула кулаком по столу. Так, что подпрыгнул стакан. Павел потер лоб.

– Странно это. У нее и так все было. Дядя ведь не держал ее впроголодь.

Анна Павловна хмыкнула.

– Ну что ты, дурачок, богатых не знаешь? Во! – она покрутила пальцем у виска.

На секунду опустила глаза. Когда подняла, стакан Павла стоял на столе. Сам у дверей с портфелем в руке. Как он вскочил, директор не заметила.

– Я пойду, – сказал Павел. – До свидания.

– Сядь, – приказала директор. Властным жестом указала на кресло. Павел подчинился.

– Я тебе про Нестерову расскажу. Та еще стерва.

Павел кашлянул.

Анна Павловна рассказывала довольно бессвязно.

Павел внимательно слушал. Он услышал гораздо больше, чем директор намеревалась ему сообщить.

Кирилл Нестеров был уродом семьи. Окончив в восемьдесят втором школу, он сбежал из дома. Жил на чердаке заброшенного дома. Подрабатывал штукатуром. Говорят, по вечерам он писал роман, бичующий советскую власть. Точно сказать нельзя, поскольку этот роман никто никогда не видел.

В семье Нестеровых, видных ученых, о младшем сыне забыли и старались о нем не упоминать.