Судья

Ее полный ужаса голос прорезал глухую тишину залитого ночью двора:

– ПОМОГИТЕ! КТО-НИБУДЬ! МЕНЯ СЕЙЧАС УБЬЮТ!

Ее дикий крик эхом раскатился вокруг, и заглох – слабый и одинокий. На шоссе за домами с призрачным ревом проносились машины. Небо над крышей противоположной многоэтажки окрасилось оранжевым, послышался треск фейерверка, а следом – полные тупой животной радости крики школьников: «У-У-У»…

За спиной Оли раздался звук отпираемого замка.

Она обернулась, не веря своим глазам: дверь открылась, и человек из ее сна вошел в спальню.

В руке он держал заляпанный кровью, осколками костей и волосами Артема деревянный молоток.

– Папа! – закричала Оля и неожиданно для себя бросилась на него, чтобы вытолкать старика из комнаты.

Он ударил ее молотком, сбив с ног. Оля упала на спину, ощущая, как по затылку разливается жар боли, а волосы мокнут от горячей крови. Череп наполнился тяжким гулом.

Убийца встал над ней, расставив ноги. Оля, с трудом приподнявшись на локте, умоляюще смотрела на него снизу вверх.

– Пожалуйста… – прохрипела Оля. Губы одеревенели и не слушались. – Не трогай меня…

Он размахнулся и опустил молоток на ее лицо. Послышался звонкий треск, будто разбилась фарфоровая статуэтка. Ее раскрошенные передние зубы посыпались на ковер, рот наполнился теплой кровью. Оля замычала и начала извиваться, царапая пальцами ковер.

Убийца сел на нее. Наклонился. Изувеченное лицо Оли обожгло ледяным холодом.

– Я тебя сейчас убью, – сказал Он. – Думаю, перед смертью ты захочешь узнать, кто я такой.

Голос Его был бесстрастен, но с нотками веселья.

Он откинул капюшон.

Остекленевшими от ужаса глазами Оля смотрела на сморщенное лицо своего отца. Глаза его были черными. Они горели безумием и бесконечной яростью.

Оля хотела закричать, но выдавила лишь несколько невнятных звуков. Из горла хлынула кровь с желчью.

Отец поднял к потолку безумное лицо, оттянул верхнюю губу, обнажив острые желтые клыки, и завыл.

А потом снова поднял молоток. И опустил его на голову жертвы. Много раз.

Глава 12. Новый шаг

Инна взяла два пакета с покупками. Захлопнула дверцу машины. За спиной раздался тихий голос:

– Привет.

Она обернулась.

Павел стоял у ворот ее дома. Руки в карманах серого плаща. На печальном лице – синяки и ссадины.

– Я возьму, – Павел перехватил пакеты. Инна набрала код. Открыла ворота. Они двинулись к дому.