Судья

Он никогда не играл в бейсбол, но ощущение от биты ему понравилось

– Все будет хорошо, – мягко сказал Баринов, поднимая орудие над головой.

Жанна снова всхлипнула. Биты она не видела.

– Валерий Георгиевич, я правда не виновата, – Жанна запрокинула голову, надеясь увидеть на его лице сочувствие.

Вместо этого она увидела опускающуюся сверху круглую биту. Собственно, даже этого она не увидела. Если ты умираешь раньше, чем понимаешь, что тебя убило, считай, ничего и не видел.

Баринов оттолкнулся от пола.

Отъехал назад. Развернулся, успел упереться ножками в стену. Оттолкнулся. Кресло силой толчка вынесло на середину кабинета. Баринов остановился, тяжело дыша.

Сейчас с секретаршей нет проблем. Ира – молодец.

Его проблема – Точилин.

Следак явился собственной персоной неделю назад. Сел в кресло напротив, важный и надутый, как голубь, обожравшийся крошек. Спрашивал про Нестерова.

Баринов организовал кофе и бутерброды. Точилин ни к чему не притронулся. Баринов нервно ходил по кабинету.

– Что я могу сказать, Александр Сергеич…

– Что знаешь, то и скажи, – с улыбочкой сказал Точилин.

– Да я не знаю ни хрена!

Баринов действительно понятия не имел, кто кончил Нестерова. Это не мог быть он. И не Бубнов.

Через три дня после смерти Вадима Бубнов позвонил ему, и осторожно поинтересовался: не имеет ли Валерий Георгиевич отношения к убийству? Баринов ответил, что имеет отношение к случившемуся менее, чем никакое.

– Кто же тогда заказал его? – голос в трубке звучал задумчиво, словно Бубнов разговаривал сам с собой.

 – Я тоже ничего не знаю.

Он помолчал.

– Это может иметь отношение к грузовикам?

Подумав, Баринов ответил:

– Я не знаю. Но обязательно выясню, кто убил Вадима.

– Не будь идиотом! Исполнителя теперь днем с огнем не сыщешь. Нужно искать заказчика.

– Я займусь, – сказал Валерий Георгиевич. – Ты же не думаешь, что его заказала Инна?

– Что она, идиотка? В первую очередь же на нее подумают. Тем более, в то утро она была там и все видела.

– Вопрос – кого она видела? В газетах об этом ни слова.

– Вот и найди ее. Заодно решишь вопрос с наследством. Инна сможет возглавить фирму Вадима?

– Исключено. У нее ни ума, ни фантазии. Она скорее миллион в унитаз спустит, чем вложит в дело. Активы Вадима, да и пассивы тоже, теперь в весьма ненадежных руках.

– Займись, – повторил Бубнов. Он издал короткий смешок. – Я, как понимаешь, трогать ее не могу. Из-за сына.