Леди Джейн

– Ты хочешь сказать, что Найт – это бездна, с которой у нас не может быть ничего общего?

– Не должно быть ничего общего, – поправил меня Кларенс. – Можешь ли ты договориться с вольным ветром, управлять морским прибоем или указывать луне, когда ей светить?

– Могу, – сгоряча выпалил я и уж потом сообразил, что имел в виду мой принц.

– Гордыни в тебе, – покачал головой Кларенс, – что сам Всевидящий не исправит.

– И что же нам делать? – раздраженно поинтересовался я. – Молить Всевидящего, чтобы он уничтожил Найт? Или самим дружно взяться за дело?

Мой принц лишь печально улыбнулся: из всех людей, похоже, лишь он один видел меня насквозь.

– Наш долг – не дать распространиться злу.

Тут бы мне и покинуть Кларенса, оставив его наедине с собственными печальными мыслями. Но меня обуревали простые и вполне человеческие чувства.

– И чтобы преуменьшить зло, ты пытался свергнуть законную королеву?

– Мария желала превратить нашу землю в еще один Найт, – в словах моего принца не было и тени сомнения.

– Она просто следовала вере своей матери, – кротко заметил я. – Можешь ли ты осуждать ее за это?

– Разве нам легче оттого, что Мария убивала нас, движимая искренней заботой о благе нашем? – Кларенс так посмотрел на меня, словно только что доказал мне нечто необыкновенное. Беда же заключалась в том, что не объяснил решительно ничего. Все мы оставались на прежних местах, и меж нами тлело синее пламя невидимой войны.

– Кларенс, – задал я последний абсолютно ненужный вопрос, – как же ты уцелел в Найте?

– Есть еще и третий путь: отступить, – глухо проговорил мой принц.

Вероятно, последнюю фразу Кларенса я негромко произнес вслух, потому что вдруг заметил внимательный взгляд мисс Пиил, сидевший напротив меня. В отличие от прочих гостей она почти не участвовала в общем разговоре, скорее наблюдала, но по ее лицу невозможно было судить, наверное, насколько увиденное нравится ей.

– Честно говоря, – разгорячась, заявил сэр Генри, – мне по душе, что с нашими соседями вот-вот установятся полностью мирные отношения. И с позволения вашей светлости я хотел бы выпить за это.

Лицо юной принцессы побледнело, словно старый рыцарь позволил себе непристойную шутку в присутствии дам. Герцогиня, напротив, одобрительно улыбнулась и первой подняла бокал.