Веселая прогулка в преисподнюю

Да вместо него, слыхал, бордель удумали. Пока что, слава богу, тихо. Но боюсь, покойная жизнь моя скоро кончится, вышкоблагородие.

– Жалуешься?

– Да что вы! Это я так про себя думаю.

– Ты вот что, как тебя нарекли родители?

– Тимофеем.

– Присматривай за публикой, Тимофей. Особливо, если будут докучать добропорядочным гражданам. А нечестивых и буйных сразу бери на заметку. Ежели что – полицейская часть рядом, поди, знаешь где.

– Как не знать, ваше благородие. Почитай, напротив, живу.

– Местный, значит. Тем лучше. Ну ладно, бывай.

– Желаю здравствовать-с, – услужливо поклонился швейцар.

На второй день Марфа Степанова пришла к обер-полицмейстеру. Строго к назначенному часу. Минута в минуту. Он узнал ее. Когда увидел накануне фотографию – слегка усомнился. А теперь, когда увидел эту женщину воочию, посмотрел ей в глаза – сомнения вмиг развеялись – перед ним стояла его старая знакомая. Двадцать с лишним лет минуло с той поры.

– Ну, здравствуй, Марфа Степанова.

Надо же, свиделись. Дело, слышал, свое заводишь?

– Что ж, Иван Сергеевич, не прозябать же в старости в нужде.

– Ты, Марфа, видной была девицей в юности. Только, кажется, со здоровьем у тебя не все ладно было.

– Да что вы, кормилец, вспомнили же такое. Было раз по глупости, по – молодости. Я чиста, как весеннее небо. Простите, но медицину я уважаю. Вы, голубчик, ежели желаете…

– Да, Марфа, хороша ты была в девках, и сейчас – не хуже, – перебил ее обер -полицмейстер.

Но не о любви хочу говорить с тобой. А больше о страданиях телесных, любовью причиняемых. Знаешь, сколько в столице больных сифилисом? Калинкинская больница уже не вмещает всех освидетельствованных. В Канцелярии его Высочества бьют тревогу. И зараза сия от домов терпимости исходит. Справки подделывают. На осмотр не являются.

– Что до меня, кормилец, не беспокойтесь. Я девок своих сама лично проверяю. И публика у меня приличная, не то, что эти голодранцы с Каланчи.

А девочки проверенные, не боитесь.

– Это тебе бояться надо, а не мне – неожиданно засмеялся обер-полицмейстер.

– Знаешь что, Марфа, давай с тобой договоримся. Если узнаешь, откуда зараза разносится, сообщи. Я тебе лишний раз докучать не буду. Если в твоем хозяйстве все в порядке будет – живи и наслаждайся жизнью, как умеешь. А мне супротив болезней общества надо выступить. Так что заразу с корнем вырывать буду.