Станция «Гермес»

– Что значит передал? Подарил, что ли?

– Это значит, что фонд обязуется управлять имуществом графа Велесова, но доход от имущества поступает в распоряжение бенефициаров, то есть графа и его законных наследников, – с очевидным удовольствием пояснил он. – Но дело в том, что имущество передавалось в траст не навсегда, а на определенный срок – ровно на сто лет. Соответственно, через сто лет все состояние Велесовых должно перейти к ближайшему наследнику.

Он с торжеством глянул на них.

– И вы наверняка догадались, что конечным наследником и бенефициаром оказался… ваш покорный слуга!

Нахмурившись, Надежда листала бумаги.

– Здесь лишь малая часть самых важных документов, из тех, что содержались в депозитарии фонда. – предупредил наследник. – Остальное хранится у меня дома, это тысячи бумаг, описи имущества, карты поместий и хозяйственных помещений, схемы производств, складов, техники, рабочих – десятки амбарных книг и документов. Кстати говоря, я привез с собой и документы на этот дом – единственное сохранившееся здание из усадебного комплекса графов Велесовых, выстроенное для управляющего Потапа Ивановича Чурилова.

Дом сложен в 1892 году из знаменитого желтого мелогорского кирпича, выделанного на принадлежащем Велесовым корпичном заводе. Мой прапрадед передал усадьбу во временное пользование своему управляющему после женитьбы того на Лизе Велесовой, дочери и законной наследнице, которая приходится мне двоюродной прабабкой.

Вывалив эту кучу сведений, он с безмятежной улыбкой глянул на Надежду, словно приглашая ее разделить с ним радость воспоминаний.

– В то время это был немножко скандал, мезальянс, как принято говорить. Молодой Чурилов – сын доктора Чурилова, близкого друга графа, известного ученого, но родом из крестьян, мужиков… Ему повезло, что в моей семье придерживались либеральных взглядов, приняли как родного и его, и его детей.

Понемногу тон иностранца приобретал хвастливые нотки, и Антон почувствовал раздражение. Поразительно нудный тип.

Надежда же слушала внимательно, не перебивая, лишь изредка нервно смахивая прядь со лба. Когда Патрик замолчал, она взглянула на Антона, и ему показалось, что в глазах ее мелькнула смешинка.

– То есть вы претендуете на имущество своих предков? Хотите вернуть родовые земли? – уточнила она.

– Разумеется!

– И вы серьезно считаете, что эти бумаги дают вам право на чье-либо имущество? Вы хоть с юристом советовались?

– Позвольте! – вскричал иностранец.