Мрачный архив. Экспансия

–А! Так ты гадкий соглядатай,– говорил Лем. – Шавка кровавого режима! Так это ты начал закладывать своих?

– Я не закладывал своих! – с агрессией в голосе, отвечал Пак.– Я исполнял свой священный гражданский долг перед Родиной, партией и вождем.

– То есть, – подводил итог Лем. – Ты, мелкая гадина, пытался выслужиться. Но по итогу тебя тоже поставят к стенке.

– Не поставят, как только приедет следователь с Пхеньяна, – воодушевился Пак. – Все выясниться, меня отпустят, еще и наградят.

– Наградят, наградят,– иронизировал Лем.

 – орденом сутулого третьей степени. Лучшее что тебя ожидает, это расстрел. Худшее твои же земляки с тебя живого кожу сдерут.

– Такому не бывать,– возмутился комсомолец. – полковник То справедливый человек, он не даст в обиду невиновного.

–Твой полковник, – продолжал Лем. – Натуральный психопат и садист, единственное, что он сделает, для твоего блага, так это сам тебя застрелит во время допроса.

–Замолчи! Бродяга! – нервничал Пак.

– Что? – давил Лем.– Страшно стало, падла! Когда закладывал своих товарищей, страшно не было? Ты упырь, Хон Гель дон, гадкий трупоед.

Вот из-за таких как ты, страдает большинство живых существ во вселенной. Знаешь, как называют тебе подобных? Паразиты. А теперь заткнитесь, пожалуйста, уважаемый председатель комсомола и дай поспать.

Пак Хволь вон, последовав совету Лема и встал возле решетки.

Лем продолжил свои размышления: « Этот дурак ожидает благополучного исхода. Но какой может быть исход у мухи, попавшей в паутину, даже если паутина старая и хозяин ее давно издох.

Шанса выбраться нет как такого. Есть, конечно, надежда на постороннюю помощь, но где гарантия, что спасителем не станет более крупный и опасный хищник. Крышка западни захлопнулась. Ладно, ждем паука. Как обычно, попробую встать у него поперек глотки».

Лем снова провалился в полудрему.

Его разбудил скрежет открывающейся решетки. В камеру вошли двое солдат, велели Лему встать. Скрутив руки у него за спиной, они отвели его в комнату для допросов.

За столом сидела молодая, миловидная кореянка в полицейской форме. Девушка была не высокого роста, но довольно спортивного телосложения. Ее ухоженные, черные волосы были аккуратно собраны на затылке. На груди ее кителя висели несколько орденов отличия.

Лема посадили на шаткий табурет напротив нее. Настольная лампа светила ему в лицо.

– Ваше имя и фамилия,– четко задала вопрос девушка.

– Меня зовут Лем, – ответил он коротко.