Волк

А в ноябре-декабре снег, чистый, как душа новорожденного, укрывает все поле. Природа засыпает. На всей округе становится тихо, особенно ночью. Безмолвие поглощает всю суету. Я думаю, дяде это место понравилось бы.

За спиной послышались шаги. Не поворачивая головы, я поприветствовал:

– Здравствуйте, отец Алексей.

– Здравствуй, Сергей, – батюшка встал рядом со мной, – никак и у тебя третий глаз открылся? Или как там у вас все происходит?

– Просто я думаю, что кроме вас и меня, сюда больше никто никогда не придет, – грустно промолвил я.

– Наверно, так и будет.

Мы некоторое время помолчали. Потоптались на месте. Послушали пение птиц.

– Васильев сказал, что вы его отпели? – наконец сказал я.

– Тебя это удивляет?

– Честно говоря, да.

– А почему бы мне не отпеть хорошего человека? – поинтересовался батюшка.

– Он же был колдуном, а Библия не очень-то одобряет колдовство.

– Колдовство Библия не одобряет, – согласился батюшка, – но в России колдуном называют как дьяволопоклонника, так и обыкновенного знахаря.

Ну, знал он свойства трав лучше любого провизора. Что с того? Людям же помогал. С бесами не дружил, порчу не наводил. Был кротким, смиренным. Гордынею и спесью не болел.

– А заклинания? – не унимался я, но мрачное слово «колдун» уже начинало светлеть, как небо над головой.

– Словом можно убить, а можно и исцелить, – резонно ответил батюшка.

Эх, где же сейчас Паха? Вот бы где твоя эрудиция пригодилась бы. А мои аргументы заканчивались, чему я был только рад.

– Ты хотя бы слышал, что он за заклинания произносил?

Я немного подумал:

– Нет. Он все говорил шепотом.

– А он просил ангелов о помощи, – просветил меня священник, – уж я-то знаю.

Почему-то этот вариант мне в голову не приходил.

– Он не был крещенным, – настаивал я.

– Да с чего ты так решил? – усмехнулся отец Алексей.

Я с бесконечным удивлением уставился на батюшку.

– Он тебе, конечно же, не говорил?

Я помотал головой.

– А ты, естественно, и не спрашивал?

То же действие.

– Да я его сам лично крестил, в июле 99-го. Точную дату не помню, но если тебя интересует…

– Да нет, не надо, – прервал я его, – и этой информации достаточно.

Июль, 1999-го. Тогда я родился.

– А моя мама? – начал я, толком не зная, что конкретно я хотел спросить.

– Маму твою я отпел тоже в июле 99-го. И Егорыча тогда же крестил, – он немного промолчал, – вас обоих крестил.

Я дотронулся до своего крестика.