Волк

Не видя ее глаз за темными стеклами очков, я почувствовал, что взгляд ее был оценивающий, заинтересованный. Будто многое обо мне слышала, и вот теперь довелось встретить. Никак Паха наболтал про меня интересного? С него станется.

– Альбина, – Паха указал на девушку.

– Можно просто Аля, – сказала Аля.

– Очень приятно, – я пожал ее ладонь, – Сергей, можно просто Кирилл.

Паха залился хохотом. Альбина на этот раз не улыбнулась. Даже из вежливости. Она продолжала смотреть на меня изучающим взглядом. Тут у нее было неоспоримое преимущество – она мои глаза видела.

Я пытался почувствовать исходящую от нее энергию, почувствовать информационные волны, ощутить флюиды через прикосновение рук. Зацепиться за что-нибудь. Все как-то странно… Наконец обмен любезностями завершился, и мы одновременно разжали ладони.

Альбина сняла бейсболку и очки.

– Твою… – прошептал я и замолчал.

Альбина улыбнулась мне и задорно подмигнула.

Ведьмы – кто они?

– А хорошо быть колдуном?

Сейчас мне восемь лет.

Вечер. Пятница. Дневные заботы закончились. За последними посетителями закрылась калитка. Мы с дядей сидим на скамейке возле дома. Черемуха раскинула над нами ветви. Ее листья образовали светло-зеленый купол, а спелые черные ягоды гроздьями нависли над нами. За ягодами с любопытством наблюдают окрестные воробьи. На дворе стоит вторая половина августа. Скоро школа приветливо откроет свои двери и – здравствуй, второй класс! Чтоб тебе пусто было с твоими таблицей умножения и глаголами! Если бы не природоведение, единственный нормальный урок, в школе нечего было бы делать.

Дядя немного удивленно посмотрел на меня, подумал и пожал плечами:

– Да что тут сможет быть хорошего?

– Ну, ты ж можешь превращаться в волка, летать умеешь.

– Летать? – рассмеялся дядя, – Ну если во сне, да и то, не всегда.

– Просто ты еще об этом не знаешь, – объяснил я и дядя рассмеялся.

В то время я не обратил внимания, что о превращении в волка он промолчал.

– Ну, ты же можешь колдовать? – настаивал я.

– А что такое, по-твоему, колдовство? – дядя облокотился на спинку скамейки, устроился по удобнее, и как учитель на экзамене, приготовился меня слушать.

– Это когда умеешь летать, – начал я.

– Птицы могут летать, – заметил дядя.

– Когда человек может летать, – поправился я.

– Ну да, самолетом.

Дядя любил путать и сбивать с толку, но благодаря именно этому, я на всех экзаменах вел себя спокойно и уверенно, даже если был абсолютно не готов.