Люди зажигают огни

Как он будет обнимать необъятное?

И ещё вопрос, кто кого будет переносить на руках через порог совместного жилья? Так хотелось спросить, но я промолчал, но чуть не выдал себя, еле сдержав смех.

Как оказалось, эта сладкая парочка уже два года одурманена магией любви, и души друг в друге не чует. Или не чает, не знаю, но факт остаётся фактом – они действительно влюблены, и теперь надсмехаться над Димычем, даже по-приятельски, становится опасно – его будущая супруга может подстеречь вечером на выходе, поднять над землёй и потрясти как свинью-копилку.

Её даже директор побаивается, а он служил в ВДВ, и был смотрящим в своём районе в 90-х!

Я ещё раз представил Димыча и Кристину вместе. Нет, это какая-то шутка. Такие разные люди, и по мировоззрению, и по характеру, и, простите, по объёму тел. Наверное, столкнулись локтями на боковой лестнице. Димыч, естественно, потерял сознание, а когда открыл глаза, увидел над собой обеспокоенную Кристину. Вот тут-то шальная стрела близорукого Амура и настигла цель.

Ну разве они пара?

Но как Димыч рассказывает о том, как покорил сердце своей принцессы, этого Эвереста в женском обличии! Кравчук аж рот открыл, а Силивёрстова вытирала мокрые глаза.

Моей жене, кстати, то же твердили, что я ей не пара. Особенно родители. А как старшие братья меня пытались запугать – три месяца прихрамывал на свидания в синяках, а проходили старые, появлялись новые. И ничего, не сдал позиций. А теперь те, кто был против, нянчат внуков, а братья смирились, зовут на дни рождения.

До сих пор смотрят с недовольством, но рюмку наливают.

У Димыча зазвонил телефон. Уже по улыбке было понятно, кто на связи. Его голос стал елейным:

– Да, дорогая. Конечно. Уже бегу.

Он окинул нас счастливым взглядом.

– Будут спрашивать, я на обеде.

– Кристине привет, – сказала не менее счастливая Силивёрстова.

– Про свадьбу не забудьте. Все приглашены.

Димыч ушёл, а я подумал, что ждёт его теперь. Крики «горько!», хождение с замороженными цветами возле роддома, первые зубы, первый класс, первая годовщина.

А там и внуки пойдут. В общем, семейная жизнь, невыносимо-трудная и прекрасно-великолепная.

Когда страсти утихли, Силивёрстова подошла к окну.

– А мне муж на ситцевую свадьбу подарил эустому, очень дорогой цветок. Он его во «Флористике» украл вместе с горшком. Вы бы видели его идиотскую улыбку, но это был самый романтический подарок в моей жизни. Теперь он может купить любой букет, но тот цветок я не забуду никогда.