Мастер боли

Большое количество полицейских в чистой и выглаженной форме, контролировали всю прилегающую территорию, правда, от некоторых из них за версту несло Спецназом ФСБ. Ограда ранее выглядевшая, слегка пятнисто от ржавчины, сейчас просто блистала свежей краской, приятного для глаз колера. При въезде во внутренний дворик храма, стоявший на въезде полицейский, отдал честь машине Патриарха. Во дворике толпилось не мало народа, хорошо узнаваемых по экранам телевизора. Группа строителей выкладывала новой бульварной плиткой, дорожку, ведущую к хоспису.

В тени кустов стоял с обречённым видом, отец Фома. В его глазах плескалась тоска и отвращение. Благо весь этот бомонд, собравшийся во дворике, не обращал на него никакого внимания, ещё бы кто же обращает внимание на слуг, а в их глазах они достаточно заплатили, что бы чувствовать себя здесь хозяевами. Хорошо хоть женщины были с покрытыми головами и в юбках, а мужчины без головных уборов. Патриарх, даже посочувствовал Фоме, одновременно думая про себя, что может вот теперь, тот сам запросится куда-нибудь более спокойное место.

Глава 17

Фома опять с тоской вспоминал Вадима. Как ни странно, он стал служить для отца Фомы духовной опорой, не священник, а именно он стал тем скрепом, что не дал ему отчаяться в последнее время. Он с великим трудом читал проповеди, презирая всю эту пресыщенную публику, нашедшую себе новое развлечение. Фома старался подобрать проповеди как можно длиннее, ведь «пастве» приходилось всю проповедь стоять на ногах. Он, конечно, заметил приезд Патриарха и с досадой думал, что тот опять начнёт у него выпытывать всё про Вадима.

Но, он не собирался больше сдаваться, слова Вадима горели у него в мозгу.

Патриарх понимал, что как только он покинет машину, на него все обратят внимание, а разговор требовал уединения, поэтому он послал служку к отцу Фомой, с просьбой, именно так, с просьбой, о разговоре у того в кабинете. Служка метнулся по дуге, что бы передать просьбу Патриарха. Сам же Патриарх покинул, с помощью секретаря, машину и проследовал в храм, раздавая окружающим благословления.

Так неспешно шествуя, он добрался до кабинета Фомы. Тот, получив благословление, принялся ожидать новых докучливых вопросов. Патриарх молча сидел думая о чём-то.

– «Отец Фома, как вы думаете, это не второе пришествие? Всё же многое явленое нам, являл наш Христос в бытность свою»

– «Не думаю, ваше Святейшество, скорее это архангел, тем более, Христос смерть смертию поправ, был вознесён.