Ушкуйник

Судя по всему, кто-то из родичей дракона наткнулся на место нашей стоянки и, судя по раздающимся рыкам, явно не был в восторге от найденного. Дружным решением коллектива было решено лететь день и ночь без остановки. Да и город – это не тот объект, что можно не заметить издалека. Он у нас хоть и не мегаполис, но население перевалило за сотню тысяч.

Скорость у нас была явно черепашья, мы с трудом преодолевали километров пять в час, если не меньше. До города мы добирались почти четверо суток, ни разу не приземлившись.

К счастью, стрелка показателя уровня топлива лишь на четвёртый день стала падать. Я даже не мог представить, что мясо окажется таким концентрированным. Все эти четыре дня я без дела не сидел, сортируя свои записи.

Подлетая к вечернему городу, я не знал изначально, куда посадить судно, как к нам подлетел мотодельтаплан и жестами дал понять, чтобы мы следовали за ним. Судя по направлению, куда он собирался нас вести, это было где-то за городом. Выйдя, я прокричал, чтобы этот непонятный хер с пропеллером летел в пешее эротическое путешествие.

Это явно не понравилось лётчику, и, делая очередной заход, он что-то стал кричать. Я не стал разбираться и велел Быку показать наличие оружия и при приближении выстрелить поверх него, давая понять, что мы не шутим. Дельтаплан скрылся, пообещав вернуться и поотрывать нам наши мужские достоинства.

Где-то через час на горизонте появилось два летательных аппарата, напоминавшие паровозы с деревянными гондолами сверху, больше всего похожие на два вагона, которые чей-то больной разум зачем-то поместил над паровозом.

Всё это окутывал дым вперемешку с паром. Эти два летающих недоразумения устремились к нам явно на перехват, двигаясь на всех парах.

– “Полундра!” – крикнул я, как только появились эти два недоразумения, и прибавил ход до максимума, нещадно эксплуатируя двигатель и немного изменив траекторию.

– Ты что, хочешь от них уйти? – поинтересовался Бык под пристальным взглядом остальной команды.

– Нет.

Мы перегружены, тут без шансов. Я посажу судно в центре города. Не хочу оказаться где-то на окраине, там нас потихоньку примут и замучаешься доказывать, что ты не верблюд. А так хочешь не хочешь, а будет хоть какая-то, но огласка.

Судно буквально трясло, и звук двигателя, неприятно резавший уши, давил на психику. Страшнее всего стало, когда рядом с боковыми пропеллерами запарило – сначала рядом с одним, затем с другим, пока не задымились все шесть пропеллеров.