Грация и Абсолют

Лонгина Антоновича всецело заняло приготовление супа из топора, правда, с одной поправкой, и, найдя, что не хватает лишь соли, он сообщил Енбаевой: у неё будут замечательные дети.

29

Блондин и блондинка сидели за столиком друг против друга, прикасаясь пальцами к стоящим перед ними бокалам.

– Что он говорил тебе? – спросил Виктор, впившись взглядом в её лицо.

Она, подавая себя играющей девочкой, шельмецки повела глазами. У неё с Велимиром, прошептала, зарождается некая родственность, только не тычь мне примитивным: «старик», «слепой»… я не живу грубо физическим, я – истая женщина в самом изящном смысле этого слова, у меня тонкие вкусы, причуды, капризы, я – раффинэ! Эмоционально жить означает для меня пленять и награждать, изощрённо распознавать прелесть в том, в чём остальные разбираются не лучше, чем свинья в апельсинах, так что приготовься… У него захолодели глаза.

Уверена, что ловко дразнишь? Не считай меня тупицей, ревнивым хряком, я легко поддержал бы твой трёп – умею и почище, – но не та ситуация.

– Он может диктовать, – сказал Виктор со злобой к тому, кого имел в виду.

Алику показалось, парень не договорил: «Я боюсь его!» У тебя, подумала она, несомненно есть актёрские данные, и ты хочешь предстать в драматическом ореоле. Я, мол, противостою сильному, опасному! Ей вспоминался обед у профессора, поведение молодого человека приоткрыло, что у него на хозяина зуб. Естественно, парня раздражало, полагала Алик, что слепой в ауре юной гостьи стал добиваться её расположения.

Но вражда могла зародиться и раньше: возможно, Виктор помогает учёному в перспективной работе и считает, что тот занижает оценку его вклада. Ты мучаешься, что тебя используют, подумала она, но, может быть, ты преувеличиваешь, тебя не так уж обижают? Она решила, что будет влиять на Лонгина Антоновича ко благу Виктора.

– Я всё понимаю, – сказала она, – он постоянно у тебя на глазах, ему нужно то, другое, третье… он до смерти тебе надоел. Но будь снисходительным…

Алик продолжила мысленно: «Брось – я не вижу тебя его прислужником! Я вижу тебя гордым, сильным».

Она могла бы заключить: «Просто тебе не хватало меня», – если бы только посмела претворить чувство в слова.

За ней следила, сидя за столиком с Дэном, Галя, задавшая ему вполголоса вопрос:

– Интересно, а как скоро она в этом избраннике разочаруется?

– Пари о сроке меня не привлекает, – ответил Пятунин и отправил в рот очередной кусочек мяса.