Солнце больше солнца

Прошло с неделю; в холодный, с порхающими снежинками ноябрьский полдень Илья и Маркел на гумне оправляли омёт, а когда вышли из-за него, увидели троих военных около конюшни. Приблизившись к ним, парни заметили у них на папахах красные звёздочки. Два красноармейца придерживали рукой ремни висевших за плечом винтовок, третий был в офицерской, со срезанными погонами, шинели на меху, винтовки не имел, кобура чёрной кожи на поясе сбоку окончательно подтверждала, что он не рядовой. Этот человек уже успел заглянуть в конюшню и стоял, поджидая Илью и Маркела.

Шинель была для него чересчур длинна, на большом лице печатью лежала строгость.

– У белых в какой части служили? – спросил он парней придирчиво-грозным тоном, переводя с одного на другого требовательный взгляд.

– Не-е, мы у них не служили, мы скрывались, товарищ, – сказал с теплом в голосе Илья и улыбнулся.

– А не врёшь? – отрывисто бросил военный, явно любящий устраивать выволочку.

Обреев, став собранно-сосредоточенным, произнёс:

– На такие вопросы я не вру! – и убеждённо-сурово добавил: – Нельзя!

Он напустил на себя почтительный трепет перед красным начальником, что тот принял как должное и привычно повысил голос:

– Я провер-рю!

Упёр тяжёлый взгляд в Маркела:

– Сам не богатырь, а шея толстая, что молчишь? Робкий?

– Я не по робости к белым не пошёл, – твёрдо заявил Маркел и заключил пренебрежительно: – Нужны они мне!

– А им ты так о нас говорил! – произнёс красный, напирающе крикнул: – А-аа?! Не-ет?!

– Никогда! – крикнул вдруг и парень в душевном подъёме.

 – У них на уме элеваторы, дороги, ну, может, больницы тоже. А идея мировой силы?!

Красный начальник, не вникая, обрезал:

– Ладно! Проверю!

Пошёл по двору, кивнул на баню и флигелёк, которые стояли без крыши, чернея обугленными поверху стенами.

– Почему горело?

Илья заговорил доверительно-сердечно:

– Мы тут были батраками, а когда весной пришли красные товарищи, они дали нам пользоваться, – он указал взглядом на конюшню, на хлев, пояснил: – нам двоим и кухарке – двух, значит, лошадей и корову.

Ну, прочих лошадей, скот и хлеб взяли. А при белых, – продолжил парень уже мрачно, с нотой осуждения, – здешние богачи по своей зависти сделали поджог.

– А хозяин-то где? Сбежал? – произнёс начальник резко, со злобой на хозяина.

Илья потупился – вмешался Маркел.

– Расстрелян! – сказал он с важностью. – Красный командир товарищ Москанин исполнил.

Начальник уставился на парня.