Блики из прошлого плюс....

– Ну ладно, сделаешь тут, как ты говоришь, но в гардероб гардеробщика найти нужно.

– А моя кандидатура тебя не устроит?

– Слушай, а тебе, вообще, чего надо? Облагодетельствовать меня решил, с какой стати? – Дмитрий Сергеевич стал явно нервничать. В ходе разговора Фокин его оценивал. По его мнению, это был отставной военный из старшего начальствующего состава. С военными пенсионерами он встречался раньше часто. Их можно было узнать по стилю разговора. Двадцать – тридцать лет службы в погонах откладывают свой отпечаток.

Фокин решил рискнуть, хотя он рисковал тем, что мог быть раскрытым. Ставку он решил сделать на то, что много знал о службе в части в Борске.

– Да ты Сергеич не кричи, мне просто работа нужна. Я ведь не москвич. Дома все развалилось. Жена с дочкой ушли, из армии уволили, все не ладится. Уехал я здесь жизнь свою устроить. Работу поискал – это все не для меня. Квартиру здесь снял, деньги заканчиваются. Возвращаться не хочется, ничего родного для меня там больше нет.

– А служил – то где?

– Да в Борске, в части.

До капитана дослужился. Если бы не уволился, то меня бы наши отцы командиры за свое воровство посадили. Мешал я им имущество части налево толкать.

Тут Фокин рассказал все о деле командира Борской части, естественно от имени зампотеха и исключая многие подробности. Из его рассказа было видно, что два года назад он в должности зампотеха вставлял палки в колеса командования части, обращая внимание на списание техники, за что получал взыскания за мелочи, не получая очередных званий, и, в конце концов, вынужден был уволиться.

В своем рассказе Фокин, кажется, ничего не напутал, потому что у хозяина кафе по особенностям службы не возникло не каких вопросов.

– А я ведь тоже служил. Подполковник запаса Воронин. Правда, я до пенсии дослужил, с должности замком полка ушел. Да и у нас в дивизии генералы дела свои проворачивали, и личный состав у них с дач не вылезал. Ты бы видел эти дачи. Нам с тобой такое и не снилось. А кафе этим моя дочка заниматься начинала, да разбилась она год назад.

Тогда кафе у нее почти готово было. Я ей и деньгами помог, так что потом пришлось самому продолжать. Помещение в аренде с правом приобретения через десять лет. Вот восемь осталось. Потом продам все к чертям собачьим. Прибыль тут гулькин нос. Не лежит у меня душа к этому делу.

– Да это и видно. Смотри, какой у тебя холл большой пустует. Там и гардеробчик соорудить можно и еще кое-что у тебя переделать можно.