Фантом

И он не мог не знать, что на Земле они свободно продавались в любом оружейном магазине, но спросом не пользовались. Если кто-то из частных лиц и покупал эти штуки, то это были редкие психи, страдающие манией преследования. Или бандиты, желающие обезопасить свою жизнь в предстоящей разборке.

Человек, спрашивающий подобный товар на Зоиле, – или преступник, или псих.

Кандид почувствовал, как по взмокшей от волнения спине потекла горячая струйка пота. По глазам детины он не мог определить, есть у того на складе костюмы СП-5 или нет.

А это в настоящий момент было важно: он знал, что сейчас ему придется отвечать на вопросы, и хотел знать, ради чего он потеет – ради удовлетворения праздного любопытства продавца или все-таки ради покупки спецкостюмов.

Но разговор пошел вовсе не так, как он предполагал.

– Боже мой, сэр, – уважительно произнес детина, – неужели вы собрались охотиться на этих тварей?

Кандид сориентировался мгновенно. Да, конечно, он собрался охотиться на тех самых тварей, о которых говорил этот обалдуй.

Да, черт возьми, именно на них. И поэтому ему позарез нужны спецкостюмы – для себя и своих друзей. Вот только что это за твари?

Он не знал.

Кандид посуровел взглядом и тяжело уронил:

– Есть такая задумка. Пора выдрать им перья, не правда ли, приятель? – Он оценивающе взглянул на детину: тот стоял с вытянутым лицом и полуоткрытым ртом, ожидая продолжения. В этот момент он чем-то смахивал на братьев Кит. Кандид понял, что взял верную ноту, и поспешил продолжить в том же духе.

– Понимаешь, друг… – позволил он себе перейти на «ты». А как иначе! Он задавал тон в разговоре двух настоящих мужчин. Охотников, спаянных совершенно одинаковым взглядом на опасности и вопросы жизни и смерти. – Понимаешь, иногда хочется плюнуть на все и посмотреть в глаза этой нечисти, которой пугают наших детишек. А потом взять на мушку мерзкого кровопийцу и всадить хороший заряд в…

Он запнулся, осознав, что его занесло: он не знал, какие части тела имеют твари, «которыми пугают детишек».

У них вполне могло не быть голов, чтобы сказать «всадить в башку», «в брюхо» тоже могло оказаться ошибочным… Кандид и так уже превысил лимит осторожной разумности, упомянув о чистке перьев и кровопийцах. Ошибаться было нельзя. И поэтому он завершил фразу классическим, чисто мужским, устоявшимся фразеологическим оборотом:

– … В их грязные задницы!

По выражению бабьего лица детины он понял, что сказал именно то, что от него ждала достопочтенная публика.