Оборотень

Но как тут можно было обсуждать что-то настолько личное, когда вокруг постоянно суетятся медсестры, и то и дело к кому-то приходят в гости родители. Понимала это, видимо, и Ира. После Сережиного ухода она была на редкость молчаливой. Витя даже начал опасаться, не случилось ли чего. Однако, мысленно послав себя в задницу с такими умозаключениями, Витя разумно решил дождаться вечера. Возможно даже время после официального отбоя.

Что, в общем-то, и случилось. Когда уже откровенно сонная дежурная медсестра прошлась по палатам и для виду загнала нерадивых подростков по койкам, Витя решил действовать.

Аккуратно выглянув в коридор и удостоверившись, что медсестра преспокойненько сидит у себя в кабинете, тот прокрался в женскую палату, где, как и ожидалось, никто не спал.

– Ир… – неуверенно начал он. – Можно с тобой поговорить?

Та скромно улыбнулась и под довольный Катин взгляд вышла вместе с Витей в коридор.

– Я уже думала, что ты не зайдешь, – слегка смущенно сказала она.

– Ну, как же я… меня же завтра выписывают… – если бы нутро Вити умело говорить, то наверняка задало бы вопрос «Какого черта ты нас позоришь?». – Пойдем под крышу?

– Не, – засияла глазами Ира. – Есть вариант получше. Пойдем со мной.

Они вышли на лестничную клетку. Витя страшно волновался. Больничные стены словно начали сдавливать его голову, и создавалось ощущение, будто из каждого угла сейчас выскочит какая-нибудь врачиха и надает обоим по шапке. Однако все было тихо.

– На шестом этаже есть крыло, – объяснила Ира.

 – Оно типа на ремонте, правда я не знаю, что там подразумевается под ремонтом, но суть в том, что оно полностью пустое. Никто из персонала туда не ходит, я проверяла. Так что мы можем в спокойной обстановке посидеть и в относительном комфорте.

Витя лишь только молча кивнул. Соглашаться и молчать сейчас было лучшим вариантом. Все равно он раскис как кисейная барышня и вряд ли мог сделать что-то рациональное.

Дойдя до места назначения, подростки нырнули в палату, которая была в середине крыла.

Почему-то они оба, не сговариваясь, решили, что в середине будет расположиться логичнее всего. Внутри было темно. Света тут не было, но он был и не нужен. Они уселись на первую койку, которую смогли нащупать. Рядом. Очень-очень близко.

Витя силился что-то сказать, но слова будто застряли в горле. Но Ира спасла положение:

– Мне очень понравилось твое стихотворение… Это было прекрасно.