Оборотень

Община

На самом деле, Витя думал, что все будет хуже. Намного хуже. Сережа слегка успокоился только когда наконец-то проорался (Витя был готов поклясться, что параллельно слышал смех ребят с общины) и выкурил три сигареты подряд. Его можно было понять. Витя с трудом представлял свою реакцию, окажись он сейчас на его месте. Сережа хоть просто матерился на чем свет стоит. Витя с куда большей вероятностью впал бы в истерику. А Сережа ничего, держался. Впрочем, единственное, что он сказал после третьей сигареты, это то, что хочет побыть один.

Витя и не возражал. Настаивать сейчас на своем обществе было бы немного неприлично. Единственное – он уговорил Сережу проводить того хотя бы до железной дороги. На всякий случай. Сережа особо не возражал.

Шли они молча. Вите было очень тяжело, но он понимал, что заслужил. И даже не только временный игнор. Если Сережа после всего, что произошло за последний час, пошлет его ко всем чертям, то это будет справедливо. Такое бесславное поражение, причем даже от оборотня, который и убить его не пытался, и даже не полностью превратился, будто отрезвило обоих – и самого Витю, и зверя внутри.

А возомнил-то себя чуть ли не супергероем. «Тоже мне, Мститель недоделанный», – Витино разочарование в себе было слишком велико.

Возле путей Сережа сухо бросил что-то отдаленно напоминающее «Пока» и, слегка шаркая ногами, пошел в сторону дома. Витя, достав сигарету, задержался около путей. Чтоб другу глаза не мозолить.

Превращение было очень болезненным. Витя даже такого не ожидал. Хоть его разум немного и затуманился, но ту боль он точно запомнил. Кости будто горели холодным огнем, а все тело, включая мышцы, внутренности и кожу будто раскалились до бела и распадались на маленькие пигменты. Сейчас тело подростка было словно одеревеневшее, при этом оно все же слегка ныло. Но, если бы у Вити спросили, то сейчас он бы сказал, что та боль при превращении была даже приятной, что ли. Ведь после нее мир вокруг будто преображался.

Заиграл новыми красками, описать которые даже не представляется возможным. Если в облике человека все Витины органы чувств были просто слегка усилены, то, будучи волком, они усилились многократно. Но насладиться всеми этими преимуществами тот не успел, ибо буквально через минуту получил по шапке от Макса.

А ведь он был таким спокойным… Когда обуреваемый яростью Витя накинулся на него, тот даже глазом не повел.