Иллюзия вторая. Перелом

– А как мы вернем ему способность отражать?

– Для этого вашего фонаря мало, – дракон кивнул на акулий плавник, в котором был зажат направленный пучок электрического света, – для этого как раз и понадобится костёр, о котором вы говорили. Зеркало и свет – все что нужно чтобы способность отражать вернулась сама собой. И эта способность, как действие, как процесс, сможет органично вписаться в этот мир – она заработает именно здесь, и заработает в правильном ритме, а значит и вернет недостающую часть себя самой туда, откуда мы пришли.

А пока что здесь ничего и нет, ведь и мы с вами, как и другие предметы не в счет. Да, да, мир действий – он такой, – Артак с улыбкой посмотрел прямо в глаза Агафье Тихоновне и её окатило жёлтым драконьим взглядом.

Кивок. Согласие обняло Понимание и уселось рядом с Радостью, ещё немного потеснив Сомнение.

– Приступим? – акула была готова действовать прямо сейчас, – наполним этот мир смыслом?

Артак, казалось, не расслышал её и продолжал говорить:

– Для того, чтобы вновь собранное сознание смогло отражать реальность целиком, а реальность – опять-таки, целиком отражать сознание, кроме самого сознания или проще говоря – зеркала – это уж как вам будет угодно – нам необходим, как мы уже не раз говорили – свет.

Единственное, что нам действительно необходимо – свет. Много света. Очень много света. Очень-очень много света. Ведь если хоть один уголок пространства останется неосвещенным, а, следовательно, и неотраженным – что-то из общего будет упущено и картина будет частичной, неполной.

– И что это значит?

– Вот тут вы были бы совершенно правы. Он придет в себя и сойдет с ума, – дракон усмехнулся, – или сначала сойдет с ума, а потом придет в себя. Ведь если быть точным, то безумие, по сути и есть потеря целостности. Потеря соединения себя, своей части с целым. Только в этом случае безумие становится реальным, только так!

Агафья Тихоновна тихонько вскрикнула, но промолчала, и только глаза-бусинки выдавали её волнение.

Дракон, тем временем, продолжал:

– Ну или не сойдёт с ума, а скатится на уровень существования ограниченного человека, или овоща, что впрочем одно и тоже, – Артак немного подумал и добавил:

– Для него – одно и тоже.

– Я понимаю, понимаю, – акула произнесла эти слова медленно, напряжённо о чем-то думая.

Артак внимательно посмотрел на Агафью Тихоновну. Теперь промолчал уже он, ожидая пока процесс мышления выйдет вне и усядется рядом с пониманием.