Хроники сказок странного городка

Немного скучноватый, где-то даже косолапый и слегка глуповатый, тем не менее Глыба был добрейшим и удивительно наивным человеком, не лишённым и сентиментальности. Он мог заплакать по пустякам, а мог смеяться полдня. Он никогда не сидел, но его уважали все и бывшие зеки и простой народ. Когда-то этот большой человек был женат, имел двух детей, но последние годы жил один.

Сотня самый резкий из них, лидер и ему пришлось многое повидать в жизни. В молодости он успел немного поработать в милиции, два срока отсидеть, причём совершенно непонятно за что.

Однако у него была семья, прекрасная и любящая жена и две дочки. Вокруг него всегда собиралась городская шпана и он был всегда в центре внимания. Удивительно фактом в нашем повествовании будет то, что все, кто видели хоть раз в своей жизни Чёрного Человека – Пса скоро погибали, но только не он. Ему довелось видеть за свою жизнь Человека – Пса целых три раза, и он при этом остался живым.

Итак, вся это “святая” тройка каждое утро собиралась в столовой, аккурат ровно через полчаса после его открытия.

Буфетчица Зинка, женщина средних лет с широкими бёдрами и слегка рябоватым лицом сразу выносила им бутылку водки и три бутерброда с чёрным хлебом и сельдью, которые обычно составляли утренний рацион этих людей. Последним всегда появлялся Сотня, который обычно просто махнув всем рукой, угрюмо брал бутылку в руки, немного грея её между ладоней, а потом откупорив крышку наливал в три стакана. Выпивая Сотня никогда не закусывал. Он занюхивал солью, а потом кидал небольшую щепоть себе на кончик языка, морщился и закуривал очередную сигарету. Между тем все остальные сразу же жадно проглатывали свои бутерброды. После второй бутылки здоровый Глыба заказывал себе тарелку густых щей, которые варила повар баба Люба, необъёмная женщина с вечно улыбающимся лицом и поющей постоянно одну и ту же песенку. Туча тоже не ел как Сотня, кроме как всё время просил стакан воды у продавщицы, жадно пил её и потом взяв в руку кусок чёрного хлеба, небольшими кусочками откусывал от него. Сотня же чувство голода начинал испытывать обычно где-то после четвёртой бутылки и обычно тогда уходил немного слегка, пошатываясь до дома, где съедал чего-нибудь из второго, что ему оставляла жена и потом снова возвращался в столовую. Первые две бутылки всегда покупал Глыба, а остальные уже кто-то из общих знакомых периодически забредающих в кафе.

Так всё и было.