Преступление в Гранд-опера. Том первый. Веер из Йеддо

Акценты, прозвучавшие в этом монологе, не смогла бы симулировать самая искушённая актриса, возмущение, которое невозможно имитировать, ответы, где правда взрывается в каждом слове.

Дарки был задет за живое и понял, наконец, что не было ничего общего между этой гордой девушкой и красивыми малышками, которые слагают о себе романы, чтобы оправдаться в глазах общества.

– Простите меня, мадемуазель, – тепло сказал он, – простите меня за тот момент сомнения, что закрался в мою душу. Я вам верю, клянусь, и чтобы вам это доказать, я отказываюсь наносить вместе с вами визит к вашей сестре.

Но, я надеюсь, что вы не заберёте назад ваше обещание о скорой встрече. Я был бы так счастлив вас снова увидеть… ведь именно этим счастьем я обладаю столь редко.

– Вы меня увидите в будущую субботу, если посетите в этот вечер мадам Камбри, – сказала мадемуазель Меркантур с некоторой хитринкой в голосе. – Я буду там петь арии, которые вы любите. И теперь знайте, что я тоже больше не хочу вас приводить к моей сестре, поскольку нахожу это более разумным.

Ваш визит был бы некстати. У неё достаточно печалей сейчас и не следует причинять ей новые волнения.

– Я сделаю всё, что вы пожелаете, мадемуазель, чего бы оно мне ни стоило.

– Так вы придёте к мадам Камбри? Хотя, мне кажется, вы и так не пропускаете ни одной возможности увидеть меня и приходите на все вечера, где я выступаю.

– Разве вы не поняли до сих пор, что я хожу на них из-за вас? Что я страдаю от того, что не могу поговорить с вами….

– Но я думаю, что вы имеете возможность со мной разговаривать довольно часто, – ответила, смеясь, мадемуазель Меркантур.

 – Я не приставка к пианино и мне не возбраняется принимать участие в последующих танцах, так что, вы можете спокойно пригласить меня на тур вальса. И… мне помнится, что вы уже два раза оказали мне честь вальсировать с вами. Это было двумя днями раньше нового года.

– Вы об этом вспоминаете?!

– Конечно. А я думала, что это вы немного подзабыли этот вальс… как и о том, что уже пять минут, как мы находимся на улице Понтю.

Вот дверь моего дома.

– Уже!

– Мой Бог! Да… и мне остаётся только ещё раз вас поблагодарить и сказать вам: «До свидания!»

Девушка тихо освободила его руку из своей, и поместила её на медную кнопку звонка. Вторую руку она протянула Дарки, который, вместо того, чтобы по по-английски её пожать, попытался поднести губам. К несчастью для него, дверь открылась при первом же звуке звонка, а мадемуазель Берта была ловка, как газель.