Преступление в Гранд-опера. Том первый. Веер из Йеддо

– Спасибо, мой любимый дядюшка, но у меня есть кое-что получше, – ответил племянник, вытаскивая из своего кармана изящный футляр, сделанный кожи модного коньячного цвета, родом из России с аккуратной уложенными в него коричневыми цилиндриками кохибы.

– Ты излишне высокомерен, мой дорогой. Кажется, ты вообразил, что только у тебя есть право первого выбора, потому что ты напрямую получаешь их из Гаваны, в то время как я… Ладно! Кажется, я уже отвлёкся от темы, ведь сейчас мне не приходится вести тяжбу в суде, а передо мной не господа адвокаты, а мой любимый племянник, месье Гастон Дарки! У меня есть только один вопрос к тебе.

Крепко держись на ногах перед встречным залпом огня и приготовься к тому, чтобы получить такой нагоняй, какой тебе ещё не приходилось получать… Ах! Кажется, ты прекрасно знаешь, за что?! Ни за что не догадаешься… а я хочу тебе отвесить комплимент!

– Если вы имеете в виду мадам д’Орсо и хотите со мной поговорить о ней, то я вам скажу, что…

– Да, поговорим именно о ней, о твоей прекрасной мадам д’Орсо и о твоём шикарном времяпрепровождении у этой дорогой во всех смыслах малышки, как бы ты сказал своим высоким стилем.

Стиль! Ещё одно дурацкое слово. Тебе уже известно, что особняк д’Орсо некоторые персоны избрали местом, где очень удобно повеситься.

– Я знаю это, мой дорогой Роже, но…

– И кто это там вешается…? Я бы понял и не имел никаких претензий, если бы этот акт любовного экстаза совершил какой-нибудь приличный человек, парижанин с приличной репутацией… или добрый, но запутавшийся мещанин из провинции… из Нормандии, например… ладно, куда ни шло… Но граф, который на самом деле является и не графом вовсе, а обыкновенным мошенником, этакой разновидностью итальянского Казановы и Калиостро польского разлива и… твоим соперником, без сомнения, на ложе одной парижской дамы странного сословия.

– Нет, не совсем так, я лишь в некотором роде сменил его на этом посту.

– Так же, как Людовик XV сменил Фарамонда, первого французского короля, правившего аж в восьмом веке. Неважно, царили вы вместе или последовательно. Важно, что уж слишком часто мелькает твоё имя, и заодно, кстати говоря, и моё, так как я имею несчастье быть твоим дядей по отцовской линии и носить одну и ту же фамилию, в деле, где фигурируют распутница и иностранный интриган.