Тест

Я официально вам заявляю, что граф Кей Тор Смоленин мне более не отец и таковым никогда мне не будет! Я все сказал!

Закончил Раст фразой, вычитанной им в какой-то книге.

– Это твое последнее слово, Раст Кей Смоленин?

– Да!

– Спасибо. Ты свободен. Можешь идти. Мой помощник, он ждет за дверью, отведет тебя к матери.

Раст поднялся со стула, вежливо попрощался с судьей и вышел.

Судья нажал кнопку, открывающую дверь между комнатой, в которой находился он, и комнатой, в которой находился граф Смоленин. Одновременно нажал вторую кнопку, установившую звуконепроницаемую перегородку, чтобы Красава, Алтена и защитник Ля Рош не могли слышать и видеть, что происходит в комнате судьи.

– Господин граф, прошу вас, зайдите ко мне! – сказал судья в специальное устройство.

Кей Смоленин в сопровождении защитника Бурхана перешел в комнату судьи и вошедшие расположились на предложенных стульях.

– Вы хорошо слышали, господин граф? – обратился судья Коннолли к Кею Смоленину.

– Слышал! И понимаю, что мне здесь делать больше нечего! Оформляйте развод! Я даю свое согласие! Где подписать согласие о разводе?.

– Нет. Вы подписали все, что необходимо.

– Благодарю, господин судья. Надеюсь…

– Не обижайте, господин граф. Произошедшее здесь не станет достоянием общественности.

– Полагаюсь на ваше слово, господин Коннолли. Идемте, Никон…

– Раст, я горжусь тобой! – Красава с чувством обняла и поцеловала своего сына.

– Ты достойный внук своего деда, Раст! – Алтена также обняла внука. – Только не надо было так грубо! Ты, все-таки, не мальчик из подворотни!..

Когда двери кабинета судьи Коннолли за Кеем Смолениным и его защитником закрылись, судья нажал нужную ему кнопку и предложил Красаве Смеле и защитнику Ля Рошу пройти в его кабинет.

Подписание документов об официальном разводе и смене фамилии Раста со Смоленина на Смелу заняли не более десяти циклов.

После чего судья Коннолли поздравил Красаву с разводом, пожелал дальнейшей счастливой жизни и распрощался с семьей Смела.

Уже в машине, по дороге домой, Кей Смоленин обратился к Никону Бурхану.

– Я принял решение. Упеку эту похотливую стерву в психлечебницу до конца жизни. Арно она вспомнила, дрянь! Подготовь все необходимые документы, а я получу на них необходимые подписи. Раста, тварюку, отправлю в специнтернат для самых отпетых с особо строгим режимом. Я ему покажу поле.