Вагон

У самого Сереги тем временем сложилась довольно неудобная ситуация с переодеванием. Не то чтобы он был сильно стеснительным, но раздеваться до трусов в присутствии незнакомых женщин было не очень приятно. Однако вагонная жизнь не подразумевает никаких альтернатив, а просить выйти женщин из купе было еще более неудобно. В результате Серега с деловым видом начал процедуру раздевания и довольно отметил, что попутчицы не оказались невоспитанным контингентом: одна сосредоточилась на книге, другая на мобильном телефоне.

Серега разделся, лег, укрылся и взяв мобильный телефон, включил галерею и начал просматривать отфотографированные накануне материалы уголовного производства, чем надеялся себя убаюкать и в течении получаса погрузиться в сон.

Поезд тронулся и медленно начал свой разгон в сторону Киева, разрезая безумный ливень, сопровождаемый усилившимся ветром.

От толчка, характерного началу движения, бутылка с водой пошатнулась и грохнулась прямо Сереге на голову.

Однако на этом вечер заканчиваться не собирался.

Доев свой ужин, соседка по нижним полкам удобно расположилась на своем месте и, включив телефон, начала смотреть онлайн телевизор. Бесконечные перебранки и крики говорили о том, что смотрит она какое-то реалити-шоу, к которому явно не безразлична.

Что-либо читать при этом было абсолютно невозможно и Серега, скрепя зубами, положил телефон под подушку и отвернулся к стене.

Видимо, поведение толстушки было неприятно не только Сереге. Выждав минут пять «телетрансляции», читавшая женщина явно постаралась ненавязчиво, по ее мнению, объяснить сидевшей внизу сокупешнице, что ее поведение явно не соответствует стандартам совместного пребывания. Однако методы ее оказались столь же кровожадными, как и ее виз-а-ви. Серега услышал звук набираемого номера телефона, за чем последовало:

– Аллочка, привет! Не спишь? Я знаю, что не спишь! Готовишься, небось.

И так далее и тому подобное.

Тембр разговора явно мешал нижней попутчице смотреть телевизор, однако она, явно поняв намек, сдаваться не собиралась. Звук в мобильном был увеличен, и уже соседке сверху разговаривать стало неудобно. В ответ на контр меры, звук беседы также поднялся. В результате в купе воцарился полный звуковой хаос.