Одна Книга. Микрорассказы

А мне по подземному переходу через Земляной вал на ту сторону! О, и жвачку по ходу купил. Пусть хоть изо рта хорошо пахнет, коль от мыслей уж…

Как я люблю эти «сталинские» дома! Тяжёлые двери, высокие потолки, невъебенная величественность в лестницах с перилами.

Домофон:

– Вы к кому?

– Это Иванов Игорь, я к Фейгину Исааку Соломоновичу. Он знает.

– А, помню, – там консьерж такой нормальный весёлый пузатик. – Десятый этаж.

– Да, спасибо.

– Привет, Коль! Соломоныч у себя? – как-то угрюмо сегодня у короля спецодежды охрана выглядит, заметил я.

– Привет. Пойдём, покурим… – отталкивает меня от двери.

– Времени у меня мало очень, проводи лучше, а?

– Нет, пойдём покурим.

– А чё ты траурный такой, Соломоныч что ли умер?

– Да ни хуя, Игорёк, умер ты! – неожиданно.

Неожиданно револьвер оказался в моей руке. Выстрел.

– Коля, – мы с ним в одном классе учились. Всё на последних страницах своих ученических тетрадок супергероев рисовали. Мечтали стать художниками, мультипликаторами.

– Коля, блин. – я держу его на руках, – Коля!

Выстрел был, как громовой раскат в этом акустическом доме. Коля, мать твою!

Я уже не знаю, что делать. Сижу в чужой машине с сумасшедшим писто… револьвером в кармане, три патрона. Я и не сразу услышал, что кто-то скребётся ко мне в окно. На самом деле, деликатный стук полосатой палочкой по стеклу.

– Лейтенант Никифоров. Ваши права, пожалуйста.

– На, – а чего всего лишь лейтёха? – Слушай, лейтенант, ты молодой, может, поймёшь меня. Там с правами всё нормально?

– Да, а тех…

– Садись рядом, – я достал револьвер.

Что я этому менту могу обещать? Он обречён, и живёт до тех пор, пока… пока это позволяет моё оружие. Если эту фразу аккуратно вырезать и предоставить суду… Только над этим револьвером я не властен. И убивает он не тех, кого хотел бы я.

Осталось два патрона.

Я домой приволокся, разбитый, уставший, даже на окна не взглянул, что там горит свет. Открыл дверь:

– Ли! Ты же ещё неделю должна…

– Я соскучилась.

– Ли! Я люблю тебя.

– Иди в ванную, я ужин приготовила.

– Я сейчас быстро.

Я принял душ, почистил зубы, этот грёбаный Ломен положил на полочку. Да, достал, не купаться же мне с ним. Я обнимал и целовал Лильку, ужин подождёт, Ломен не намерен был ждать. Он горел страстью и обманутой яростью.