Последний вагон. Драма, детектив, мистика

Наташа поддержала его:

– Вас убьют! Или цеховики или менты!

На следующий день Алекс и Наташа сидели у неё на кухне.

В прихожей висел милицейский китель майора и фуражка. Через зеркало в коридоре была видна гостиная, где отец Наташи читал газету.

Алекс показал на синяк, который выглядывал из-под её рукава и вопросительно на неё посмотрел.

Наташа недовольно одёрнула рукав пониже и ехидно прошептала:

– А тебя в детстве не били?

– От мамани бывало…

– Бывало? Когда последний раз? Вчера?

– Я пацан, это другое.

Наташа внутренне согласилась, но всё-таки не сдавалась:

– Ему можно всё. Он же мент! Мама была, он и её бил. И она его тоже. У нас это в роду, поэтому…

Алекс перебил её:

– Хочешь, я поговорю с ним?

Наташа поднесла к его лицу миниатюрный, но воинственный кулачок:

– Я тебе поговорю! С маманей своей говори!

Почувствовав перебор, перевела на шутку:

– Не разочаровывай его. Он до сих пор думает, что у него сын!

Наташа подала Алексу огромную кружку с чаем и подтолкнула его в комнату.

Алекс прошептал:

– Ещё раз к тебе прикоснётся…

Наташа не стала уточнять, что после этого будет, и просто чмокнула его в щеку:

– Он мой папа… Это не твоё дело… Будет своя дочь, посмотрим на тебя!

Алекс, прочувствовав драгоценный поцелуй, ухватился за её фразу:

– Так у нас дочь будет? Ловлю на слове!

Наташа развернула его к двери и легонько толкнула:

– Помечтай!

Алекс сделал пару шагов из кухни и обернулся.

Наташа ещё раз показала ему кулак и комично провела «бой с воображаемым противником».

Алекс улыбнулся, зашёл в гостиную, поставил перед отцом Наташи чай и сел на диван.

Павел Иванович положил на стол газету, отпил немного и спросил:

– Ну что, капиталист, молчишь? Говори уже!

Алекса сейчас больше интересовал другой вопрос, но ему пришлось изложить цель своего визита:

– Я насчёт цеховиков… Джинсы… Упорядочить можно… Доход, – начал он несвязно, – и честно говоря, хочется ремонт в вашем кабинете сделать… И другие хоз нужды…

Алекс окончательно успокоился, перестроился, сел на своего любимого конька и из него полилось:

– Ваши у всех на виду пасутся на торговых точках, – В его голосе появился напор и убедительность, – все об этом знают! И о вас, наверное, также думают!

Наташа незаметно устроилась у дверей, чтобы удобней было подслушивать.

Павел Иванович, глядя на дерзкого юношу, улыбнулся.