Приключения Одувана и Добролюбы

Он обернулся, а человек в чёрном уже не стоял, а сидел у окна и как будто любовался видом городской площади.

– Вы любите свой город?

– Да, я люблю наш город, а почему вы спрашиваете?

– Здесь столько солнца, столько жизни, – не обращая внимания на вопрос Градомудра, гость продолжал. – Я Темнорыл.

Назвавшись, чужестранец повернулся к градовому и снял капюшон. У него всё было как у всех: глаза, нос, рот и уши, вполне обычно, но только без лица. Словно безликий.

– Нет, – запричитал Градомудр – не может быть.

Это же миф, выдумка, страшилка, о которой знаю только я да мой старый друг Преда. Я читал в юности о том, что Темнорыл, это владыка ночи, а в помощниках у него магия и чудовище… название позабыл…

– Стон, его имя Стон. И это будет ваш стон, если мы не договоримся иначе.

– Не договоримся о чём?

– А теперь присядь. Присядь и слушай.

Градомудр испытывал страх, страх перед тем, что то, чего не может быть, что может лишь присниться в страшном сне, имеет вероятность оказаться явью.

«Какой кошмар! Какой кошмар опустится на Солнечный и его жизнерадостных жителей! Бедные… бедные мы…» – эти мысли пролетели в голове начальника светлого города.

Он подчинился словам гостя и присел, чтобы выслушать, чего хочет существо, назвавшееся страшным магом, злым колдуном Темнорылом.

Чёрный маг в свою очередь словно расслабился, даже излучал какую-то доброжелательность, но на самом деле он только упивался своей властью и ужасом, который он вселял в этих ничтожных людишек.

Подумать только, лишь упоминание его имени повергало всякого в шок и уныние.

– Значит, так, – начал Темнорыл – сначала я просто хотел сделать вас рабами тёмного царства, опустив на город вечную ночь и приставив к вам, скажем Стона, чтобы он время от времени утолял вами свой голод, держа тем самым вас в узде раболепия.

Тут злой колдун встал, подошёл к окну и увидел, как к дому идёт Добролюба. Он продолжил, глядя на девушку с плотоядным восхищением.

– Но попав сюда, кое-что изменилось, неинтересно что? А? – и Темнорыл перевёл взгляд на опечаленного, напуганного Градомудра.

– Неинтересно, говорю, узнать о шансе, который, возможно, поможет вам и дальше петь песенки и беззаботно плясать под дудку?

– А? Что? – встрепенулся градовой – да… да-да, конечно, я вас слушаю, как мне спасти город, спасти город от вас?

От последних слов Темнорыл сморщился, лицо приобрело злое выражение, которое было его настоящим ликом, его сущностью.