Бастард: Сын короля Ричарда

Стаканчик, где были кости – четыре маленьких кубика, вырезанных из бычьего мосла и покрашенных двумя уже пооблупившимися красками, желтой и черной, он уже открыл. Закусив остатками свинины, Ричард кивнул лейстерцу, и они начали игру.

Игра в кости так же проста, как все, чем развлекаются наемники. Встряхнув кости в кружке (стаканчик был маленький, походный, и предназначался только для перевозки), молодые люди по очереди бросали их на стол и подсчитывали количество точек на гранях. Обладатель наибольшего числа очков оказывался победителем.

Такое примитивное занятие даже игрой сложно было назвать, особого умения или внимания она не требовала. Удача склонялась то на одну, то на другую сторону. Те посетители трактира, кому нечем было заняться, пристроились поблизости со своими кружками – играть они не собирались, но посмотреть на то, как кости мечут другие, всегда приятно. Кроме того, интересно послушать фразы, которыми игроки то и дело перекидываются друг с другом или вовсе безадресно.

Но меняться медяками Дику и Эдвину быстро надоело. Кроме того, хмель уже изрядно ударил им в головы, особенно Эдвину, который кроме пива выхлебал еще полную бутылку вина. Молодые воины переглянулись, и лейстерец первым предложил поставить что-нибудь более дорогое.

– Ни у тебя, ни у меня нет никаких владений. – Ричард пожал плечами. – К чему такое предложение?

– У меня есть доспехи, они стоят доброго поместья.

– Ну, не надо. Поместья стоят доспехи с конем.

– Ладно, пусть будет так. А что поставишь ты?

Дик ненадолго задумался:

– Ну, скажем, Анну.

– Твою девушку?

– Да.

– Идет! – Эдвин потряс кружку с костями. – Давай десять полных кругов. И посчитаем победителя по общему результату.

– Идет! – Дик поддернул рукава – для удобства. – Начинай.

Лейстерец еще немного потряс кружку и кинул кости с широкого разворота, который у знатоков считался «шикарным». Кости вылетели из руки, прикрывающей развал сосуда, и, натолкнувшись на поднос, остановились.

– Девять и восемь, – усмехнулся Эдвин.

– Неплохо. – Дик собрал костяные кубики в кружку. Потряс, бросил. – Семь и двенадцать.

– Тоже ничего… Шесть и восемь.

– Семь и семь.

– Девять и шесть… За кем были первые два круга?

– Не посчитал? Первый – за тобой, второй – ничья.

– Ничью предлагаю перекидывать. Пусть все будет очевидно.

– Идет… Десять и пять.