Рыцарь-маг

Ты показалась мне мертвой и такой красивой, что в твою смерть ни за что не хотелось верить. Я обнял тебя и пожелал, чтоб ты была жива. Я никогда ничего так не желал. И ты задышала. Я не понимаю, как это произошло.

Он посмотрел на нее – она улыбалась, и ее глаза искрились нежностью. Девушка прижалась к его плечу и замерла.

– Получается, ты мне как второй родитель. Ты думал, я испугаюсь?

– Если б мне сообщили, что я один раз умирал, мне стало бы не по себе.

– Честно говоря, я уже и сама догадалась.

На следующий день на галере появился очередной посланник, он долго уверял, что император разберется с безобразиями, которые творятся на его острове, когда неизвестно кто смеет нападать на дорогих гостей.

.. Вообще, дорогим гостям следовало бы перебраться под защиту лимассольских стен и имперской гвардии, и тогда никакие бандиты не смогут побеспокоить их...

– Исчерпывающе, – проворчал Турнхам.

– Вполне, – подтвердил де Камвилль.

...Те же из беззаконных киприотов, кто посмел напасть на дорогих гостей, но избежал смерти под доблестными мечами благородных франков (посланник-византиец здесь тяжело сглотнул, и его глаза на мгновение остекленели), попали в руки слуг императора и уже во всем сознались.

Их целью был грабеж, да-да, самый обычный грабеж. Прискорбно осознавать, но подобное, к сожалению, случается и на счастливом острове Кипре. К сожалению. И для того чтобы сгладить неприятные воспоминания, его императорское величество приносит свои извинения и посылает лакомства со своего стола. Лучшее мясо, пряную рыбу, сыр, вино...

– Опять вино! – простонал де Камвилль.

Стефан многозначительно покосился на Дика, замершего поодаль. Облаченный во все черное, спокойный и равнодушный, он стоял, прислонившись плечом к стене рядом с дверью, ведущей в каюту принцессы Беренгеры. Он держался в стороне, как и положено телохранителю, пусть даже временному. Молодой рыцарь заметил взгляд командора, но никак не отреагировал.

Посланцу ответили в том смысле, что да, конечно, они понимают, как тяжела жизнь и как расплодились бандиты, но на берег все равно не сойдут.

И за гостинцы спасибо, но вообще-то они просили пресной воды.

Последнее византиец пропустил мимо ушей, сделав вид, что не понял. Весь разговор шел на довольно витиеватом французском, и не понять элементарного eau douce[2 - Пресная вода] было невозможно. Все встало на свои места. Лицо Турнхама окаменело, он мрачно взглянул на собеседника, но ничего не сказал.