С рифмами и без. Стихи, рассказы, миниатюры

Официально клиника профессора Берри называется «Центром по преодолению личностного кризиса». Под личностным кризисом может подразумеваться и хронический алкоголизм, и шизофренический приступ. Берри лечит элиту: ученых, деятелей искусства, бизнесменов. В разное время у него побывало немало моих друзей и пациентов.

Когда я пришел навестить Алину, она излагала группе больных свою «математическую теорию сумасшедшего дома»:

– Если ты догадался, что живешь в сумасшедшем доме, то ты – сумасшедший и тебя пора поместить в сумасшедший дом.

– Если ты еще не догадался, что живешь в сумасшедшем доме, то ты – сумасшедший и тебя пора поместить в сумасшедший дом.

Алина заявила, что основные особенности человека: рост, вес, длина носа и цвет волос, – не инвариантны во времени (то есть, говоря по-человечески, меняются в течение жизни). Почему-то к таким признакам она отнесла и пол. Неизменны лишь сумасшествие или здравомыслие, а потому лечение психических заболеваний – шарлатанство.

– Тебя, например, сколько ни лечи, ты все равно останешься сумасшедшим, – сообщила она мне. – А меня, сколько ни лечи, я все равно останусь нормальной.

Я хотел было напомнить, что согласно ее же теории нормальных не существует, но подумал, что с сумасшедшими математиками лучше не спорить.

Алина давно вышла из клиники, а я так и не знаю, считать ли ее высказывания шуткой, игрой ума или бредом сумасшедшей. Она по-прежнему утверждает, что все, живущие в этом мире, ненормальны.

Иногда мне кажется, что в ее словах немало правды.

Не пора ли мне тоже полечиться у Берри?

СЕМЬ ИСТОРИЙ О МУДРЕЦАХ

1. Спор о вечности

(свидетельство арабского историка Эль-Хазира)

«Вечность непостигаема человеческим разумом», – сказал один великий мыслитель древности. Другой задумался и спустя три года возразил: «Время столь же непостигаемо разумом, сколь и вечность». Так они спорили, изощряя свою мудрость и преумножая доказательства, восемнадцать лет.

По истечении оных первый мудрец окончил свое земное существование, а второй в отчаянии воскликнул: «Горе мне! Кто теперь опровергнет мой последний изящнейший силлогизм?».

На базаре едва ли услышишь подобные речи. Простой люд поглощен делами обыденными и не владеет истинно прекрасным слогом. Не далее как на прошлой неделе довелось мне наблюдать прелюбопытную сцену.