Затяжной конфликт. Роман

Кто оставил на почтенных развалинах эту краткую сводку российской истории? Сколько храбрых витязей уже разбило головы об стену, сколько увязло в болотах?

Перед речкой дорога раздваивалась: один ее рукав вел к раздолбанному бревенчатому мостику, другой уходил налево – туда, где виднелась мелкая заводь. Судя по колеям, там был брод для грузовиков и внедорожников. А вот мостик – разве что для мотоцикла. Не обманул Гугл: если на легковушке, то надо кружным путем, через Князево.

Почти сразу за речкой открылась деревня Богомазово: с десяток ветхих изб.

У одной из них застыла старушка в платке. Когда Максим проезжал мимо, она, с трудом перекрывая звук мотоцикла, крикнула:

– Сынок! Куды это вы спешите? С утра стою – и всё машины, мотоциклы… Сроду такого не было.

– На пикник едем, бабушка, – ответил Максим, приостановившись. Рассказывать бабусе про игру не хотелось.

– Да что ж вы всё пикникуете? Взрослые, кажись, парни. Вам бы работать, а вы всё пикникуете.

– Иногда и работаем, – бодро отозвался Максим.

 – А что, много ли машин проехало?

– Ой, как много! С ентой стороны ты уж третий на мотоцикле, да две машины здоровущие. А оттедова, с Князева, так и вовсе машин пять, а мобыть и поболе. Кто ж их считает!

Ну, пять машин – это еще не армия. Максим успокоился и поехал месить слякоть дальше.

Начался низкий сырой лес. По стволам деревьев растекалась белесая плесень, перемежающаяся серно-желтыми лишайниками. Запахло гнилью. Пару раз мотоцикл забуксовал в грязи.

Дорога виляла то вправо, то влево, огибая болота. Потом она снова раздвоилась – как и перед мостиком. Правая показалась Максиму надежнее, и он свернул на нее, но ошибся: впереди обнаружилась бездонная лужа. В ней застрял древний мотоцикл с коляской, какие Максим видел только в старых фильмах. В коляске лежал баул, из него торчал незачехленный бердыш. Рядом суетился пожилой бородатый мужик с черной ленточкой на плече. Промелькнула мысль: сейчас как вдарит – любые латы разрубит. И славный рыцарь Света не доедет до Малых Лохов.

Однако бородач не стал доставать бердыш, а призывно замахал руками. Максим подъехал, и мужик попросил:

– Паренек, не подсобишь мотоцикл вытащить?

– Помогу, если рубить меня не будешь.

Мужчина, вскинув брови, уставился на него:

– С чего это я тебя рубить должон? Наш-то Армагеддон не начался еще. Мы покамест живые человеки. Вот нелюдей ваших, мертвяков воскрешенных, порубить бы стоило.