Почти идеальное преступление

 – Скажите, зачем вы устроили весь этот спектакль?

– Я уже сказал, что случайно уронил в урну часы.

– Тогда это что такое? – спросил Миллер, указывая на пачку жвачки, зажатой в моей правой руке.

– Не знаю, Фред, – ответил я. – Наверное, схватил машинально.

– Понятые, подойдите, – сказал он.

Понятых было двое: полный рыжий мужчина и совсем молодая прыщавая девушка.

– Вы видите, что находится в руке у этого джентльмена? – спросил Фред.

Понятые быстро закивали.

– Хорошо, – продолжал Миллер.

 – Подпишите протокол.

– А со мной что? – нахально сказал я.

– А с вами, господин Терентьев, – торжественно, как судья на процессе, произнёс фэбээровец, – мы продолжим разговор в ближайшем полицейском участке.

– Надеюсь, вы не забудете пригласить туда нашего консула, – проворчал я.

В полицейском участке начался настоящий цирк. Сначала офицеры ФБР обследовали пачку жвачки, но к своему удивлению ничего в ней не нашли. Они мяли и рвали её несколько раз, пока она не превратилась в грязный комочек бумаги.

Потом начался личный досмотр. Хотя я обладал дипломатической неприкосновенностью и несмотря на мои протесты, меня раздели до трусов. Прыщавая тинэйджерка конфузливо хихикала, а фэбээровцы осмотрели каждую складку на моей одежде, но ничего запрещённого не нашли. У Миллера было такое лицо, как будто он проглотил пчелу. Он уже понял, что я опять обвёл его вокруг пальца.

– Последний вопрос, Терентьев, – Фред сделал знак одному из полицейских, и в комнату втолкнули агента.

 – Вы знаете этого человека?

– Впервые вижу, – честно ответил я.

– А вы… – обратился он к агенту.

– А я без адвоката даже рта не открою.

«Браво!», подумал я. Агент оказался далеко не глуп.

– Мы ещё не осмотрели его трусы, – на полном серьёзе сказала толстая афроамериканка в полицейской форме с пучком грязных волос на голове, показывая на меня пальцем. Услышав это, я посмотрел на Миллера и весело рассмеялся.

– Я думаю, что в этом нет необходимости, – уныло произнёс Миллер.

 – Одевайтесь, Терентьев.

– Спасибо, но я, пожалуй, подожду нашего консула в таком виде, – задыхаясь от смеха, сказал я. – Пусть он полюбуется, как соблюдаются международные законы в самой свободной стране Мира.

И тут как по заказу открылась дверь, и в неё вошёл консул. Семён Андреевич Горшков был крупным мужчиной не меньше двух метров роста. Копна седых волос и холёная внешность делали его похожим на средневекового графа.