Шампанское по воскресеньям

Там, вероятно, живёт богатая публика, а она не любит, когда ей докучают расспросами. Меня интересует, можно ли попасть в посёлок и на участок госпожи Ревун незаметно, то есть нелегально, можно ли на машине близко подъехать к посёлку с какой-либо стороны…

Мне не терпелось внести свою лепту, и я перебил шефа.

– В список ваших интересов я бы обязательно добавил гостей госпожи Ревун. Я не имею в виду родственников. О гостях достоверно осведомлена лишь охрана и более никто. Даже родственники, я думаю, могут лишь догадываться о круге её действительного общения.

После обеда я, как всегда, был в ударе; шеф удовлетворённо хмыкнул и сверкнул на меня поощрительным взглядом.

– И на всякий случай узнай у парней на въезде, не было ли пеших гостей в посёлке в тот вечер и ночь, как входящих, так и выходящих.

– Они же там посменно, небось.

– Небось, Ваня, небось, – миролюбиво передразнил меня шеф, – не угадаешь. Хотя можно попробовать. Как они обычно дежурят – сутки через двое?

– Обычно так.

– Они были в то воскресенье, а завтра у нас вторник… – Юрий Львович что-то забормотал, загибая пальцы.

Он протянул мне клочок бумаги.

Рабочий день на сегодня был закончен. Я подошёл к полке, заставленной справочниками, и сдвинул их в сторону: за фальшпанелью в стене у нас был небольшой сейф.

– Иван, – остановил меня голос шефа за спиной, – ты до сих пор не наигрался в эти игры? Зачем он тебе?

Что я мог ответить человеку, который давно не держал в руках оружия? Я как-то предложил ему оценить лекала рукоятки моей компактной Беретты, но он отказался, сославшись на какие-то там принципы.

– Не обижайтесь, Юрий Львович, но вам этого не понять. Мне с пистолетом легче существовать. Моя рука привыкла к нему, он – её продолжение.

Шеф громко фыркнул.

– Я тебя умоляю, только без театральности. «Он – её продолжение». Где ты набрался этой пошлости?

Но тут уж я не выдержал и взорвался.

– Знаете что, Юрий Львович? Если бы вы иногда посещали стрельбища и тиры, то знали бы, что все инструкторы, обучая стрелков, произносят эту фразу.

– Ну, ну… разбушевался… Извини, если я тебя обидел… Но пистолет тебе завтра не нужен.

Я не стал спорить, это было бесполезно, и расставил книги на полке в прежнем порядке. Мы попрощались.

Я вышел во двор и завёл Берлинго. Двигатель недолго троил и потом перешёл на равномерный гул.