Шампанское по воскресеньям

– А кресло-качалка у камина – это не её место?

– Вечером? Нет, давно уже нет… Этот пролет лестницы на второй этаж, эти странные листья в витражах… Она как-то призналась, что после смерти мужа это пустое пространство до самой крыши стало её пугать, особенно по вечерам. Она была психически настолько здорова, что меня удивила её фобия. Она почему-то перестала сидеть у разожжённого камина, хотя раньше очень любила.

– А телевизор по ночам ваша сестра не смотрела?

– Нет, не замечала такого. Она редко его включала.

Я посмотрел на шефа, и он принял эстафету.

– Вы так подробно обо всём рассказываете… Вы часто навещали сестру?

– Последний год, как не стало Вадима, довольно часто.

– Судя по деталям, которые вам известны, вы, похоже, оставались у сестры на ночь. Это так? – спросил шеф.

– Всегда оставалась, в ночь никогда не уезжала. Чаёвничали с ней допоздна. А утром она меня провожала до автобусной остановки.

– Скажите, а кто ещё кроме вас может иметь представление о жизни вашей сестры в таких же подробностях, как и вы?

– Наверное, никто, – задумавшись, ответила баба Катя.

– Может быть, дочь или внучка?

– Дочь с матерью мало общалась, я уже говорила. Разве что последние годы, когда Вадим не работал, сильно сдал и Светлана начала приглашать Ленку на дни рождения – и так, без повода. Вадим уже не встревал в это, здоровье берёг. Ленка приедет с кислой физиономией, побродит по дому, по саду, заглянет в бассейн, повздыхает, обзавидуется вся – и домой.

– А внучка Юлия? – напомнил шеф.

– А вот эта зачастила. Я думаю, потягивала деньги с бабки – не иначе. Светлана мне не рассказывала, но я в этом уверена.

– Нам известно, что они иногда вместе уезжали из посёлка на машине Юлиного молодого человека. Не знаете куда?

– Знаю, конечно, за шмотками. Эта вертихвостка помогала Светлане одежду выбирать. Наверняка и ей перепадало.

Шеф посмотрел на меня, наступила моя очередь.

– К вашей сестре кроме родственников никто не приезжал. Почему? У неё не было друзей?

– Молодой человек, в семьдесят лет? Иных уж нет, а те далече, как говорится.

– Извините… Вы согласны с тем, что в случае с вашей сестрой невозможно говорить о мотиве убийства, не касаясь финансовой стороны дела? – обозначил я новую тему разговора.

– Разумеется, – сказала баба Катя и придвинула к себе трость; мне показалось, что она совсем устала.