Орошенные

Потом, в какой-то момент разглядев за толстыми линзами очков начальника лаборатории умный, открытый, теплый и прямо-таки человечный взгляд серо-голубых глаз, он почувствовал в себе призыв к ответной открытости. И, наконец, по-отечески добродушный, хриплый голос Семена Семеновича довершил преображение собственного образа в сознании Ивана так, что в конечном счете тот смотрел на будущего шефа уже с неподдельным уважением и даже некоторой теплотой. Внутренне он согласился с озвученными доводами, а самое главное поверил этому человеку.

Поверил, что все услышанное было не красивыми высокопарными словами-штампами, а реальной будней действительностью.

Ох, уж эта действительность. Как же часто она напоминает нам о себе хорошей, порою выворачивая наши же собственные, казалось бы, абсолютно доселе верные и весьма даже прагматичные суждения-постулаты наизнанку, перевертывая при этом созданный нашим сознанием и оттого гармонично в само это сознание вписывающийся мир бытия с ног на голову или же в обратном направлении , в зависимости от исходной позиции.

Итак, как нам уже стало известно, молодые люди, – а иначе, как молодыми, мы не имеем просто никакого морального права их называть, – уж девять месяцев, как являются коллегами по работе и, не станем до верного уточнять сколько именно, но довольно длительное, вполне соизмеримое с периодом их знакомства время находятся в любовной связи.

Несомненно, неимоверное богатство русского языка и его немыслимая ни одному из носителей языка иного, – какому-нибудь англосаксу или бюргеру, на худой конец, – красота позволяет нам понятие «любовная связь» обличить во всевозможные и даже почти что невозможные яркие и не совсем эпитеты.

При всем притом, что само слово любовь может даже ни разу и не оказаться употребленным. Даже, более того, она, как таковая, едва ли при этом будет подразумеваться. В данном же случае не будем чрезмерно категоричными, но с другой стороны и не совсем далекими окажемся от истины, если определим указанную связь, как возникшую ввиду производственной необходимости. Уж во что она трансформируется после, покажет время. А вот почему эта пресловутая производственная необходимость возникла? – этот момент, безусловно, требует определенных пояснений.

Когда мы говорим о том, что воздействие Пушкинской воды может способствовать приобретению человеком (и далеко уж не каждым) неких доселе ему неведомых способностей и при этом не называем каких именно, то мы абсолютно не кривим своею душою.