Атас и Аста

Тигр за невысоким забором негромко рыкнул, словно предчувствуя, что это он увидит нечто интересное возле места своего заточения, а не станет как обычно предметом внимания любопытных детских глаз.

– Ты что – глухая? Я из-за тебя мороженое уронила. Мне отец денег дал только на одно мороженое, а ты прёшь как танк, вообще атас…

Рыжая в футболке начала говорить что-то ещё своим грубоватым обиженным голосом, но Аста неожиданно оборвала её.

– Оля? Ты – Оля?

Та медленно кивнула, и, забыв о мороженом, принялась внимательно рассматривать эту опрятную, но неуклюжую блондинку, которая откуда-то знала её имя.

Аста была абсолютно уверена, что перед ней та самая Оля – подружка из садика. Та, с которой вместе плакали, когда хулиган Пашка помешал им укладывать спать кукол, та, с которой вместе нашли возле веранды цветное стёклышко и закопали в песочнице, а потом рассказывали, что у них есть тайный клад, та, которой Аста подарила одного из двух пластмассовых котят и ничуть не жалела, даже когда дома спросили почему в садик она пошла с двумя игрушками, а домой вернулась с одной.

– Котята, помнишь? Один у меня, один у тебя? А клад? Клад мы с тобой закапывали? – Аста чуть ли не кричала от восторга.

– В песочнице… – медленно ответила Оля.

Она тут же на мгновение замерла, и… Наверное, Аста в этот момент завизжала бы, а у Оли получился лишь какой-то непонятный протяжный звук восторга.

– Астааа… Астааа…

Девчонки обнялись, напрочь забыв об упавшем мороженом. В порыве эмоций олина нога оказалась как раз в массе бывшего пломбира к неудовольствию разлетевшихся в стороны воробьёв. Тигр за оградой как будто бы довольно чихнул.

– Оля, не может быть… Сколько лет прошло? Восемь? Я помню как тебя из садика мама забирала, как будто вчера было!

– Мама умерла, – тихо ответила Оля.

Аста в этот момент вспомнила про ночные гром и молнию. Потому что как будто у неё в голове сейчас неожиданно – наверное, первый раз в жизни – прогремел тот самый гром.

– Оля… Я… – Аста чувствовала себя очень неловко. Она хотела сказать «Прости» или «Сочувствую», но ей ещё не приходилось никому говорить такое, а потому она попросту не могла подобрать слов.

– Да ладно… Ты ж не знала. Во втором классе я тогда была. Врачи сказали, что сердце больное. Наследственное. Может, и у меня так, а? – Оля шмыгнула носом и пожала плечами.